Краткая история мусорного кризиса в Италии и почему крайне важно рассказать эту историю в России.
«Мусорный кризис» в итальянском регионе Кампания показал неэффективность сжигания отходов и размещения их на полигонах по захоронению отходов, навязываемых властями в условиях чрезвычайной ситуации при полном игнорировании мнения и прав граждан.
Италия является членом «Большой семерки», «старым» участником Евросоюза, одной из крупнейших по численности населения (64 млн человек) и экономическому развитию стран Европы. Однако в некоторых регионах Италии обращение с отходами находится на уровне самых проблемных стран Африки.
Регион Кампания находится на юге страны и состоит из провинций Авеллино, Беневенто, Казерта, Неаполь и Салерно. В Кампании проживает около 6 млн человек. Это один из самых густонаселенных регионов Италии.
Кампания вместе с Калабрией и Сицилией входит в число самых бедных регионов Италии. Уровень безработицы составляет около 25%.
По сравнению с промышленно развитыми регионами севера Италии, в Кампании количество бытовых отходов на душу населения относительно невелико. Однако при высокой численности населения и крайне низком уровне отбора вторичного сырья проблема полигонов захоронения отходов стала весьма острой уже в конце 1980-х годов.
В 1993 году был принята программа, в которой было запланировано уже через 3 года увеличить отбор вторичного сырья и уменьшить объем поступающих на полигоны отходов до 50%. Однако она не была реализована.
В 1994 году для решения проблемы отходов был введен режим чрезвычайной ситуации, который затянулся на целых 15 лет (до 2009 г.).
На время действия режима чрезвычайной ситуации специально уполномоченные представители органов власти получили право принимать решения и действовать в обход обычных процедур, игнорируя мнение местного населения и органов местного самоуправления.
Важнейшим фактором, который довел проблему отходов в Кампании до уровня чрезвычайной, стала деятельность преступной группировки каморра.
Несмотря на то, что численность активных членов каморры оценивается в 8-10 тыс. человек, она в значительной степени контролирует реальное управление регионом Кампания. В качестве важного механизма этого управления каморра без каких-либо формальных ограничений использует насилие. Члены организации хорошо вооружены, в том числе автоматическим оружием (особенно популярностью у них пользуются автоматы АК-47) и гранатами.
В отличии от более известной сицилийской мафия, в каморре сложилась не вертикальная иерархическая, а горизонтальная система организации. Это обеспечивает гораздо большую устойчивость организации к возможным потерям в результате действий правоохранительных органов. Временно нейтрализованные части каморры быстро замещаются «соседними» группировками.
Однако отсутствие строгой иерархии может приводить к противоречиям между кланами каморры, что выливается в силовые операции. Их жертвами в течение нескольких месяцев могут оказываться десятки человек. В уличных перестрелках гибнут и получают ранения не только активные участниками каморры, но и мирные жители. Полиция, как правило, не может предотвратить подобные происшествия (да и не очень хочет) и выезжает на место уже для регистрации последствий.
Горизонтальная структура каморры способствует гибкости и «инновационности» ее деятельности. Кроме традиционных занятий, таких, как поставки наркотиков, проституция и организация отдыха, рэкет, каморра активно занимается предпринимательством.
Она контролирует производство строительных материалов, включая цемент, строительные работы – вплоть до крупнейших государственных контрактов на строительство дорог, промышленных объектов, крупномасштабную жилую застройку (как легальную, так и незаконную) и т.д. Каморра контролирует оборот недвижимости, включая земельные участки, производство сельскохозяйственной продукции и продуктов питания, торговлю. Органы власти ряда коммун и неформально, и официально находится под ее полным контролем.
Существуют различные оценки оборота финансовых средств каморры, но все они свидетельствуют, что это десятки миллиардов евро в год.
В конце 1980-х годов каморра активизировала свою деятельность в области обращения с токсичными отходами. Это было связано с резким повышением требований к охране окружающей среды. Расположенные в северной части Италии промышленные предприятия столкнулись с необходимостью решения проблемы отходов, в том числе образующихся на очистных.
Каморра предложила решение в несколько раз более дешевое, чем стандартные варианты. Она организовала вывоз и захоронение токсичных отходов севера Италии на юге страны, в Кампании. Услуги предлагались «под ключ» – не надо было заниматься проектированием, согласованием, получаем разрешений, организацией вывоза и т.д.
В организации процесса участвовали специалисты, получившие университетское образование в области охраны окружающей среды (специализация – обращение с отходами), прекрасно разбирающиеся как в самих отходах, так и в нормативной базе Италии и Евросоюза. Проблемы оформления официальных разрешительных документов для каморры не существовало. Власти Италии удивительным образом долгое время не замечали начавшееся движение тысяч тяжелых грузовиков, которые перемещали токсичные отходы с севера на юг страны. Обратными рейсами они везли сельскохозяйственную продукцию.
Для захоронения отходов с севера, часто высокотоксичных, использовались имевшиеся в распоряжении каморры отработанные карьеры для добычи строительных материалов, заброшенные здания и сооружения, пещеры, просто удобные земельные участки, причем последние – независимо от согласия их официальных владельцев.
Популярным вариантом было изготовление компоста из органических отходов, в которые вносились токсичные отходы. Полученные смеси перевозили и размещали под видом «удобрений».
Для повышения емкости нелегальных мест захоронения отходов широко использовалось их сжигание. Воздействие ядовитых компонентов дополнилось воздействием новых, еще более токсичных веществ, образующихся при их горении.
Поток токсичных отходов с севера Италии накладывался на поток бытовых отходов самого региона Кампания. После того, как емкость официальных и нелегальных мест для их захоронения была исчерпана, проблема достигла уровня кризиса.
Поскольку официальные власти провинции только создали условия, но не имели непосредственного отношения к потоку отходов с севера (это был бизнес каморры), они сосредоточились на решении проблемы коммунальных отходов Кампании.
В 1997 вместо провалившихся благих намерений довести уровень отбора вторичного сырья до 50% был предложен новый план, основанный на промышленной технологии обращения с отходами. Было запланировано строительство 2 мусоросжигательных заводов, 7 производств по переработке отходов – их сортировки, отбору вторичного сырья и изготовлению «остаточного топлива». Остатки от переработки и сжигания должны были направлять на современные полигоны захоронения.
Тендер на выполнение этих планов выиграл консорциум FIBE, в котором наряду с Impregilo участвовали известные компании Fisia Italimpianti, Babcock Environment GmBH и Ovo Oberhausen. В настоящее время Impregilo, после слияния переименованная в Salini-Impregilo является крупнейшей в Италии инженерной и строительной компанией, численность работников которой составляет 35 тыс. человек.
Предложенный FIBE проект был выбран за счет предложенной минимальной эксплуатационной стоимости и сроков выполнения контракта, несмотря на очевидные проблемы с его качеством.
Консорциум потребовал и получил согласие властей на выбор по его усмотрению мест для размещения строящихся объектов, в том числе площадок хранения «остаточного топлива» и полигонов захоронения. Мнение местного население и органов самоуправления не учитывалось.
Другая проблема – внесение в контракт переработки всех запланированных отходов региона Кампания (2,6 млн т в год, т.е. 7,5 тыс. т в сутки) при требовании «поставляй или плати». Муниципалитеты были обязаны поставлять на переработку указанные в контракте объемы отходов, либо все равно платить. Это было необходимо для обеспечения окупаемости проекта, но соверенно не стимулирование снижения количества отходов.
К серьезным последствиям привело и положение контракта, согласно которому FIBE до завершения строительства мусоросжигательных заводов получала право производить накопление «остаточного топлива».
Несмотря на льготные условия контракта, он не был выполнен ни по объемам, ни по срокам.
В 2004 году строительство первого мусоросжигательного завода около города Ачерра (Acerra) получило широкое освещение в итальянских средствах массовой информации. Полиция задержала мэра города и одного из итальянских сенаторов, которые участвовали в акции протеста местных жителей против этого строительства.
Размещение производств по переработке отходов и площадок для хранения «экотюков» (ecoballs) также вызвало протесты местного населения. После того, как стало ясно, что мусоросжигательные заводы не будут построены в срок, власти обратили внимание на ситуацию с «экотюками», которых к тому времени накопилось почти 3 млн т.
Выяснилось, что из-за условий хранения влажность тюков была высокой. При их сжигании становилось невозможным обеспечить выполнение установленных в Евросоюзе норм тосичности. Кроме того, из-за низкого качества сортировки во многих «экотюках» было мало горючих компонентов, и для их сжигания требовалось дополнительное топливо.
С 2005 г. власти стали оказывать активное давление на Impregilo, требуя выполнения контракта и продолжения работы с потоком бытовых отходов до появления нового подрядчика. Дело дошло до замораживания активов компании на сумму 750 млн евро. Проявил обеспокоенность и Евросоюз, из средств которого частично финансировался этот проект.
В 2006-2007 гг. бытовые отходы региона Кампания продолжали скапливаться – уже не только на полигонах и площадках хранения «экотюков», но и на улицах городов, в том числе Неаполя.
Правительство ответило на это новым планом, в котором было предусмотрено строительство еще двух мусоросжигательных заводов, определены еще четырех полигонав для захоронения отходов и, что самое важное, заявлено о намерении привлечь военных для уборки накопившихся гор мусора с улиц городов.
Ввиду чрезвычайности ситуации мусор начали отправлять для переработки в другие регионы страны и даже «на экспорт» в Германию.
Планы использования полигонов захоронения отходов натолкнулись на жесткое сопротивление граждан, особенно в Пьянура (Pianura) и Кьяиано (Chiaiano).
Жители Пьянура много лет боролись против полигона захоронения отходов, в итоге закрытой в начале 1990-х годов. Его оператором была компания, контролируемая каморрой. После того, как власти решили возобновить ее работу дело дошло на массовых столкновений местных жителей с полицией, сожженных автобусов и т.д.
В 2008 году правительство поменялось, и его новый глава Берлускони провел первое заседание в Неаполе, улицы которого были завалены бытовыми отходами.
Чрезвычайная ситуация обострялась. Для выхода из кризиса были определены 10 полигонов захоронения отходов, объявленные объектами «национального стратегического значения». Любое препятствие их деятельности рассматривалось как антигосударственное преступление. На защиту этих объектов и возможности их использования были привлечены не только полиция и жандармы, но и вооруженные силы страны.
Этим решением было подтверждено твердое намерение властей в ближайшие три года разместить около Кьяиано, в отработанном карьере на территории лесопаркового пояса Неаполя 700 тыс. т коммунальных отходов.
Местные жители блокировали дороги к карьеру и заняли оборону.
В ночь с 23 на 24 мая 2008 г. произошли массовые столкновения с полицией, в результате чего несколько протестующих получили ранения. В итоге было достигнуто временное «перемирие», во время которого представители протестующих и властей посетили карьер. Было показано, что по гидрогеологическим условиям он не подходит для размещения отходов. Однако власти настаивали.
Прибыли дополнительные силы полиции. В итоге, после 14 месяцев борьбы, когда ряд активистов был арестован, сопротивление было сломлено и захоронение отходов началось.
Армия была не особенно воодушевлена приказом заниматься уборкой гор мусора с улиц Неаполя и, тем более, бороться с населением страны, протестующим против его захоронения на полигонах. Тем не менее, процесс пошел.
В марте 2009 года Берлускони торжественно открыл мусоросжигательный завод около г. Ачерра. Его работу долго не удавалось наладить, несмотря на то, что власти согласовали более 25 изменений в области экологических требований.
В конце 2009 г. правительство заявило об окончании режима чрезвычайной ситуации, вызванное мусорным кризисом в регионе Кампанья.
Однако это не очень соответствовало реальности. Периодические кризисы, приводящие к накоплению гор мусора на улицах Неаполя продолжались, хотя не достигали такой остроты, как в 2008-2009 гг.
После отмена режима чрезвычайной ситуации снова и снова возникали жаркие столкновения с населением, протестующим против захоронения отходов на полигонах.
Власть в Италии регулярно меняется. В марте 2014 года директорат «Антимафия» департамента общественной безопасности Государственной полиции Италии завершил свое расследование по полигону Кьяиано, арестовав 17 человек. В их число вошло руководство компании, которая отвечала за использование этого полигона, и эксперты, которых обвиняли в содействии компаниям, связанным с каморрой.
Мусоросжигательный завод в Ачерра оказался единственным, построенным за время чрезвычайной ситуации. Властям Кампаньи пришлось выкупить его у Impregilo за 355 млн евро из средств Евросоюза и передать в управление другой фирме, чтобы наладить работу. При мощности 600 тыс. т в год он сжигает около четверти всех бытовых отходов региона.
В 2009 году Неаполь присоединился к общественному движению «Ноль отходов». Его участники решают проблему мусора, прежде всего, за счет сокращения объемов образования отходов и наиболее полного отбора и использования вторичного сырья.
В 2014 г. в Кампаньи образовалось около 2,5 млн. т. бытовых отходов. Из них 48% были отсортированы, что является самым высоким показателем для юга Италии. Часть отходов, около 400-500 тыс. т, ввиду нехватки мощностей по переработке, вывозят в другие регионы Италии и даже в Австрию и Нидерланды. Построенные там мусоросжигательные заводы в связи с целенаправленной работой по использованию вторичного сырья испытывают дефицит так называемого «остаточного топлива», получаемого после сортировки отходов.
Наследием эпохи чрезвычайной ситуации являются также 5,5 млн т «экотюков», которые до сих пор находятся в 16 местах «временного» хранения.
Проблема влияния каморры в сфере обращения с бытовыми и токсичными отходами в Кампаньи, продолжает оставаться острой, как и воздействие этой деятельности на здоровье населения. Правоохранительные органы проводят определенную работу, и она получает одобрение и поддержку граждан. Однако ситуация не меняется.
Это очень важная, но отдельная тема, в которой вопрос учета мнения граждан по вопросам обращения с отходами играет далеко не главную роль.
Автор текста эксперт Социально-Экологического союза А.Ю.Григорьев