С началом этой истории вы можете ознакомиться здесь: часть 1, часть 2,часть 3, часть 4, часть 5, часть 6, часть 7
Попив чаю с оладьями, Катя поспешила удалиться, чтобы не мешать дяде Боре. Но тот вдруг перегородил ей путь, грозно поглядел из-под кустистых бровей и заявил: “Доченька, ты меня сейчас обижаешь, ей Богу. Ты давай сегодня отдохни, а завтра мы с тобой пойдем жизнь твою налаживать. Да чего ты взъерошилась-то вся? С дядей Борей не пропадешь…”
И Катя осталась. Отдыхать она не хотела, да и не могла. Попросила у мужчины разрешения сделать генеральную уборку в квартире. Ну а что? Берлога же холостяцкая, давно без этого. Дядя Боря принялся было ей помогать, но Катя быстро его прогнала. Новости смотреть. А потом они вместе готовили ужин и смеялись. Как дочь с отцом…
Наутро Катя проснулась засветло. Дядя Боря уже был на кухне и разогревал завтрак. Будто и не спал вовсе. Улыбнулся, подбодрил, чтобы Катя не волновалась.
А потом они пошли в участок и выяснили, что ходить и отмечаться Кате не надо вообще, так как преступление у нее не тяжкое. Да и нее это преступление… Да кому же сейчас докажешь. Но то, что она появилась - уже хорошо, ведь освобождение у нее досрочное.
С паспортом оказалось немного труднее. Его пришлось заказывать оттуда, где Катя раньше жила. А это время. Которого у Кати не было. Ей нужно было на что-то и где-то жить. Стеснять дядю Борю ей ой как не хотелось.
А старичок уже давно за нее решил. У Кати вообще сложилось такое впечатление, что ему вся эта возня с ней приносила истинное удовольствие. Минут через двадцать они оказались на местном рынке.
Местный хозяин, приземистый мужичонка лет шестидесяти, с радостью принялся обнимать дядю Борю. А старичок все справлялся у него о здоровье какого-то Никиты. Хозяин рынка уверял его, что с Никитой все в порядке, здоров, работает.
А потом мужчины о чем-то шушукались минут десять, при этом хозяин часто-часто кивал головой. “Ну все, доченька”, - обратил наконец на нее внимание дядя Боря, - завтра на работу выходишь. В торговый павильон здесь. Пока одежду попродаешь, а там видно будет. А сегодня отдыхать, непременно отдыхать…”