Такие разные бабушки, такие разные мы!

В своих статьях я называю читателей – доверчивыми, предприимчивыми, милосердными, добрыми, гостеприимными; иногда – наивными, ленивыми, равнодушными, грубыми, нетерпимыми. Одинаковых людей не бывает, как одинаковых лепестков, снежинок, росинок. Наверное, это хорошо. Ведь чтобы понять и оценить красоту или доброту одних, нужно увидеть безобразие и злобу других. «Что бы делало твое добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с нее исчезли тени?» – эта фраза, вложенная Михаилом Булгаковым, в уста героя романа «Мастер и Маргарита» Воланда, очень точно передает реалии нашей жизни.

– К чему такое философское вступление? – спросит читатель. Пофилософствовать на данную тему меня подвиг случай, произошедший третьего дня в автобусе малой вместимости. Белый день, в салоне маршрутки многолюдно, но свободные мест достаточно, что дает возможность пассажирам не склоняться в унизительном поклоне, держась за поручень, а также не принуждать малыша сидеть на коленях у мамы. Мирную поездку нарушает ворчание взрослой женщины:

– Чего тут устроили! Учите всему! Зачем это! Пассажиры с недоумением воззрились на пенсионерку. Внимание присутствующих ничуть не смутило женщину – она продолжила ругаться. В первые секунды ее монолога мы не могли понять, кому она адресует свою речь, чем недовольна и кого оскорбляет.

– Это вы мне? – спросила бабушку женщина, сидящая напротив нее.

– Тебе! Не смогли за десять лет это сделать, так теперь делаете! Давайте! Народ в маршрутке понял, что бабушка не в себе, тем более ворчала она не только на ту, что сидела рядом с ней, но и на ее ребенка, весело надувающего шарик.

– Пересядьте, место есть! – шепнули женщине с мальчиком, – пусть бабушка успокоится!

Но интеллигентного вида старушка успокаиваться не собиралась: ругательства посыпались из ее рта одно другого лучше: «идиотка», «дура» и совсем ужасное, намекающее на национальность отсевшей от буйной бабушки, женщины. Не вытерпев подобных речей, оскорбленная вступила с бабулей в перепалку. Я попыталась успокоить женщину, объясняя, что возможно, бабушка чем-то опечалена, потому так и ведет себя, мол, проявим снисхождение к старости. То ли малыш задел ее ножкой, то ли шарик, что он надувал, так раздосадовал интеллигентного вида старушку, что она опустилась до ругательств – не понятно. Благоразумие победило – оскорбленная женщина понемногу успокоилась и старалась не отвечать на злые слова и выпады бабули.

На остановке возле банка в маршрутку вошла еще одна бабушка: возраст ворчащей старушки, которую чем-то опечалил мальчик, и той, что заняла свободное место в салоне транспорта, был примерно одинаков. Вот только одеты они были по-разному: первая – по-городскому щеголевато, вторая – по-деревенски просто. На голове вошедшей бабушки был платок, который так понравился годовалой малышке, сидящей у мамы на коленках, что она мигом уцепилась за него и потянула к себе, прихватив заодно и прядь волос. Пассажиры замерли, не зная чего ожидать от старушки после таких действий ребенка.

– Ах, ты маленький! – ласковым голосом заговорила взрослая женщина. – Платок мой понравился? Ну, потереби, потереби! Малышка беззубо улыбнулась и залопотала что-то на своем языке.

– Не говоришь еще? Научишься! – бабушка взяла ручонку малышки в свою морщинистую руку и легонько ее пожала. Народ в маршрутке безмолвствовал, возможно, размышляя о том же, что и я: «Какие разные бабушки, какие разные мы!»