В интернате мечтали избавиться от братьев Гусевых и не сообщили приемной маме и половины диагнозов. Когда старший перебил кроликов, а младший придушил котенка, ее терпение кончилось
Приемной мамой Татьяна стала в 59 лет. Сейчас ей 64 года. Яркая, ироничная дама-командир. В руках все кипит. Сидеть без дела — худшее наказание. Смеется, что так и осталась в душе председателем совета дружины. Да и какой еще быть дочери командира погранзаставы. Татьяна выросла в большой многодетной семье. Была самой младшей, девятой. Много лет работала начальником отдела снабжения химкомбината. А в 90-е занялась бизнесом, одну за другой открыла три автошколы в Екатеринбурге. Десять лет назад бизнес она продала и перебралась в деревню в 30 километрах от города.
Захотелось на природу. Деревянный дом с резными наличниками, свое хозяйство, клубнику с грядки и теплую корову. Трое собственных детей давно выросли. Старшим сыну и дочке уже за 40. Младшей дочке 28 лет. У всех свои семьи, дети. Когда младшая вышла замуж, Татьяна все старалась помочь молодой семье, то советом, то обед привезти, то денег подкинуть. Но дочь жестко дала отпор: «Мама, не порти мне мужа. Дай нам научиться жить самим». Татьяна ехала домой и горько плакала, понимая, что дочь права. Тогда она и предложила мужу взять на воспитание ребенка из детского дома. Энергии и заботы еще много, а своим в таких объемах это уже не нужно. Дети выросли хорошие, честные, порядочные, выучились, работают, у всех крепкие семьи. Когда писала заявление в опеку, хотела взять девочку лет 8-10, но приехала в детский дом и в коридоре увидела кареглазого мальчишку, который сразу запал в душу.
Так в 2013 году она взяла под опеку 12-летнего Федю и еще двух мальчишек — братьев Гусевых. 11 и пяти лет. Когда вся компания поселилась в новом доме, начался кромешный ад. Старший Гусев крушил все, что попадало под руку. Крушил в буквальном смысле. Разгромил альпийскую горку, сломал бассейн, порезал ковер, разбил стеклянную дверь. Дрался с Федей. Потом принялся за животных. Перебил половину кроликов. Просто брал шампур и рубил им как саблей. Потом до смерти забил ногами козу, когда та рожала. Никакие разговоры не помогали. «Я много раз с ним разговаривала. Спокойно, не повышая голоса. Всегда была уверена, что до любого можно достучаться. Но он меня просто не слышал. На все говорил: «Это не я», — рассказывает Татьяна. — Стоит с осколками стекла в руках, хлопает глазами и крутит головой: «Не я это». У одиннадцатилетнего пацана была такая силища, что, чтобы немного его энергию выпустить, я отключала насос в бане и просила вручную натаскать воду. Он один влегкую 800 литров воды набирал». Из школы звонили, жаловались, что мальчик сломал компьютеры, поджег стул и вообще, если его не заберут, через полгода разрушит всю школу. Последней каплей, после которой Татьяна срочно вызвала специалистов, стала гибель котенка. Его руками задушил младший, пятилетний Гусев, а потом разбил голову котенка о камни.
Когда братьев забрали в психиатрическое отделение, оказалось, что они давно на учете, старшего ежегодно госпитализируют.