Маяк на краю света...
Здесь всё категорично и, в то же время, не значимо. Говорят: Чёрное - есть чёрное, а белое -есть белое. Но когда стоишь на краю - солнце светит так ярко, а ветер дует так сильно, что невозможно рассмотреть цвет, здесь всё и все цвета солнца, моря и песка. А может быть никого и нет здесь, на маяке на краю света. Здесь только я и Антарктида. Здесь только я и волны. Так хочется прыгнуть вверх и полететь...Прыгнуть вверх и уже неважно куда полететь - вверх или вниз...
Только крикнуть - прощайте!
Или вовсе ничего не кричать
Пусть за меня крикнут чайки надрывно и истошно, как в последний раз. А может и вправду - в последний.
И если мне повезёт, то я упаду на мокрую мягкую спину кита и умоюсь фонтаном из морской воды, а потом уйду под воду, вместе с гигантской субмариной. И увижу белых акул и может быть чёрных, и всевозможных цветов - водоросли, напоминающие гигантских осьминогов.
Выйду я где-нибудь на остановке - "Антарктида" чтобы услышать хруст снега под ногам и вдохнуть свежий воздух, а потом долго сидеть, слушая треск вековых льдов которые, не вынося людской глупости, пытаются отколоться и уплыть как можно дальше, туда, где их никто не побеспокоит. А после мне придётся тоже отколоться, вместе с гигантским айсбергом и отправиться обратно к зелёным берегам, в надежде, найти нехоженый песок и первозданную землю и тогда, на самой высокой горе этого пляжа - мне поставят крест, чтобы все видели, чтобы все помнили и потом, ездили на своих маленьких машинках, с болтливыми гидами - смотреть на мой крест, писать на нём маркёром свои имена и помнить обо мне. И чтобы потом, какой-нибудь космонавт увидел мой крест из космоса и тридцать лет мечтал приехать к нему, а когда его мечта сбылась - он долго стоял, прижавшись своим лбом к холодному камню. А потом, осуждая вандалов, расписывающих памятники - сам, в тайне от всех черкнул маркёром свою фамилию и рядом пририсовал еле заметную, ракету. На краю света всё наоборот: не важное - важно, не существенное - существенно, а мысли - материальны.