Признаться, вторая невеста мне не понравилась сразу же: слишком яркая, ведет себя вызывающе, к тому же намного моложе моего Рината, что к хорошему, думала я, редко приводит.
К слову, моя свекровь частенько учила меня уму-разуму, всегда находила нужные слова. Она и с детьми нам помогала. Я считаю, что мне с ней повезло. На такие же отношения с Алиной рассчитывала и я, хотя времени на помощь молодым вовсе не было: работа без продыха, как говориться. К тому же жили молодожены не так близко от меня.
Однако я использовала каждую возможность, чтобы пообщаться с ними. По возможности помогала деньгами, поскольку их неопытным в ведении хозяйства молодым всегда не хватало.
Худо-бедно, но с невесткой на первых порах мы ладили. Она искренне благодарила меня за подарки, будь то домашняя утварь или очередное колечко, модная одежда. Ее отношение к мужу тоже не вызывало нареканий. Несмотря на молодость и довольно неусидчивый характер, Алина неплохо готовила, квартиру держала в чистоте.
Одно ее не удерживало с самого начала: мои просьбы сыну помочь на дачном участке, где хлопот всегда невпроворот. Это ее всегда раздражало, а уж когда речь заходила о том, чтобы Ринат отвез меня туда, сразу же вставала на дыбы ссылаясь на то, что у них своих дел хватает, им надо съездить туда-сюда, навестить друзей, просто поразвлечься, пока молодые. Я с этим, понятно, мириться не хотела, ведь на помощь еще кого-либо рассчитывать не могла.
Однако ссоры и недомолвки между нами прекратились с появлением внука, как две капли воды похожего на моего сына, я его так и назвала — мини-Ринат. Малыш оказался на редкость беспокойным, но с первых месяцев на удивление сообразительным. Надо ли говорить, что я всей душой прикипела к нему, заваливала игрушками и другими подарками, стараясь почаще навещать молодых. Алине это, похоже, очень нравилось, но наши с ней отношения от этого лучше не становились.
Стоило мне сказать что-то не так, как сразу начиналась ссора. Сын поначалу не вмешивался, но все чаще это стало его раздражать. Он вставал то мою сторону, то защищал жену. Ясно, что Алине первое было не по нутру. И вскоре она заявила: «Или я, или мать». Я тоже прибегала к такому ультиматуму. Отношения разладились окончательно, потому что Ринат, ясное дело, выбрал свою семью, ведь ребенка он любил самозабвенно.
Не зная, что предпринять я решила рассорить молодых, между которыми и так уже появилась трещина. И тут мне понадобилась помощь первой жены Рината, живущей в соседнем городе. Съездила туда, доложила обстановку, как говорится, дала адрес и номер телефона сына, куда она стала то и дело посылать сообщения с просьбой приехать, позвонить и т.п. Скрыть от Алины их, понятно, не удавалось. В семье начались скандалы, причем, более серьезные, чем прежние недомолвки. А я еще подливала масла в огонь, надеясь на то, что молодые все-таки расстанутся. Не учла одного: это еще больше усиливало страдания сына, сердце которого и так разрывалось от боли. Он все чаще стал выпивать, иногда и ночевал у друзей. На какое-то время ушел из дома, но не выдержал: пришел с повинной и заявил, что не может жить без сына, который каждый раз, встречая его с работы, бросался на шею с радостными воплями.
«Вот уже, считай, год, как я не видела своего ненаглядного внука, вся извелась, но что поделаешь: сама виновата. Говорят, его определили в садик, хотя малышу нет еще и двух лет. Говорят, он никак не хочет оставаться там даже на два часа. Говорят, что мой ненаглядный Радик, моя кровиночка, прекрасно танцует под любую музыку, пробует петь, говорят...»
Впрочем, все это по слухам, а как и чем живет он, мне неведомо. Я все чаще стала прихварывать, приближается пенсионный возраст, от сада-огорода пришлось отказаться. Не уверена, что отношения со снохой наладятся, но первой делаю шаги к этому. При редких встречах с сыном, как и раньше, передаю ему подарки для внука, прошу соединить меня с ним по телефону и, услышав звонкое «Ба», не могу удержать слез.