Найти в Дзене

Уступать - не уступать? Вот в чем вопрос.

Зябкое ноябрьское утро. На автобусной остановке кучкуются люди, негромко, по-утреннему переговариваясь. В куртках, шапках, шарфах они похожи на взъерошенных воробьев, сидящих на осенних полуголых ветках. Вдруг внезапное оживление – Едет! Как большой бело-зеленый корабль, автобус неспешно подъезжает, фыркает, останавливается и так же неторопливо распахивает двери, впуская в себя волну людей. И словно сами собою двери закрываются, придавив спину последнего втиснувшегося пассажира. И теперь на палубе автобуса свой мир: мир посторонних людей, так тесно и близко прижатых друг к другу. От качки никто не падает, потому что падать некуда. Кают-компания ведет себя тихо, лишь слышно как где-то переговариваются школьники, но вскоре и они замолкают. У следующего причала автобус , кажется, не сможет принять всех штурмующих, но пассажиры очень настойчивы и после некоторого сопротивления им удается взобраться на борт. Последней протискивается бабушка с двумя увесистыми сумками и сразу становится я

Зябкое ноябрьское утро. На автобусной остановке кучкуются люди, негромко, по-утреннему переговариваясь. В куртках, шапках, шарфах они похожи на взъерошенных воробьев, сидящих на осенних полуголых ветках. Вдруг внезапное оживление – Едет! Как большой бело-зеленый корабль, автобус неспешно подъезжает, фыркает, останавливается и так же неторопливо распахивает двери, впуская в себя волну людей. И словно сами собою двери закрываются, придавив спину последнего втиснувшегося пассажира. И теперь на палубе автобуса свой мир: мир посторонних людей, так тесно и близко прижатых друг к другу.

От качки никто не падает, потому что падать некуда. Кают-компания ведет себя тихо, лишь слышно как где-то переговариваются школьники, но вскоре и они замолкают. У следующего причала автобус , кажется, не сможет принять всех штурмующих, но пассажиры очень настойчивы и после некоторого сопротивления им удается взобраться на борт. Последней протискивается бабушка с двумя увесистыми сумками и сразу становится ясно, что именно она помогла всем остальным впередистоящим оказаться внутри.

Поставив сумки на пол, а кому-то и на ногу, она деловито сует в окошко капитану автобуса свой проездной, затем оглядывается с чувством выполненного гражданского долга, поправляет платок, шумно вздыхает и воззряется на стоящих рядом с ней людей. Автобус плывет дальше. Внимание активной пассажирки останавливается на молодом человеке, сидящем одиноко на одинарном кресле в самом начале автобуса. Остановив на несколько секунд на нем свой как можно более испепеляющий взгляд, бабуля набирает побольше воздуха и хорошо поставленным в скандалах голосом начинает:

- Нет, ну, вы посмотрите на него! Сиииидит король-королем!!!!

Все, кто был на палубе, попытались посмотреть. Парнишка заерзал и тревожно схватился за жилетку.

- Ни стыда, ни совести, сидит, а больная женщина стоит, а он и ухом не ведет, паршивец!!!!

- Но, жен… - попытался было возразить парень, но не тут-то было. Большая грозная бабуля придвинулась ближе.

- Молчааааать! Вот в наше время за такое к стенке бы тебя!

- Послушайте…

Пассажиры с интересом и напряженным молчанием следили за поединком. Автобус же равнодушно плыл по маршруту и лишь иногда водитель поглядывал в зеркало заднего вида.

- Ах, он еще и огрызается, гаденыш, вырастили, выкормили молодежь, ишь ты!!! – визгливо неистовствовала старушка.

Вдруг ожил громкоговоритель и на весь автобус разнесся спокойный голос капитана-водителя:

- Следующая остановка – РИИЖТ, женщина, оставьте контролера в покое.

Остановка.