Милосердный, доблестный всадник, преисполненный благородных чувств, в полном доспехе спешит на защиту веры, детей и женщин, а также чести своего сюзерена... Такой, вот, приторно романтизированный образ культивировался в сознании людей постсредневекового общества. Будем справедливы, это не совсем про настоящих рыцарей: никто не стал бы вкладывать огромные денежные средства в утонченных покорителей женских сердец и ручных бойцов для пафосных турниров. Отнюдь - все ресурсы были направлены на создание опытных бойцов, безжалостных орудий для убийств.
Их профессионализм и дорогое оснащение позволяли выходить из сражений с минимальными потерями. Мощный рыцарский натиск долгое время решал исход всякой схватки. Однако время не терпит косности; предсказуемость действий тяжелой кавалерии не играла ей на руку. Рыцари перестали кого-либо удивлять, и их доминированию на цполях сражений приходил ожидаемый конец.
Куртре, 1302 год
В июле 1302 года к фламандскому городу Куртре подошла французская армия с целью усмирить мятежников. Фламандцы основательно подготовились к этому столкновению: несколько округов выставили не менее 7-ми тысяч воинов. Местное дворянство относилось лояльно к французскому королю, поэтому рыцарская конница почти отсутствовала в рядах восставших. Размеры обоих войск были примерно равны, но существенная разница состояла в том, что во французской армии 11 июля присутствовало около 2-2,5 тысяч рыцарей и оруженосцев, а во фламандской - несколько сотен. В ходе самого сражения пешее ополчение уверенно отражало атаки тяжелой конницы, используя для этого древковое оружие, вроде продолговатых дубин-годендагов с острыми наконечниками из железа. Это было ужасное избиение самонадеянной французской знати: погибло от 700 до 1000 рыцарей (списки потерь в хрониках расписаны на несколько страниц!). Фламандская пехота столь же успешно использовала преимущества местности, как и наши следующие герои - швейцарцы. (Читайте подробнее о битве при Куртре)
Моргартен, 1315
Суровые горные ребята с огромными топорами в 1315 году в очередной раз продемонстрировали Европе возможности пехотинцев. Швейцарцы, как и фламандцы при Куртре, отстаивали свою независимость от могущественной державы. Возвратить швейцарские кантоны в сферу влияния дома Габсбургов поспешил герцог Австрии. Он вторгся в земли кантона Швиц во главе 9-тысячной армии, четверть которой была представлена рыцарями. Похоже, герцог не воспринял всерьез местное воинство, которое, однако, основательно подготовилось к обороне. Чересчур уверенно двигаясь по вражеской земле, рыцарская армия в итоге угодила в засаду. Швейцарцы, вооруженные внушительным древковым оружием, застали благородных воинов врасплох. Горцы бросались на бронированных всадников со всех сторон: бежать было некуда, рыцари отступали в ближайшее болото и тонули. Австрийское командование не учло, что сражения на пересеченной местности - стихия горных бойцов. А за ошибки, как известно, приходится платить. (Подробнее о битве при Моргартене)
Креси, 1346
Яркое событие Столетней войны - тотальное поражение французской армии при Креси. Английские силы, занявшие выгодную позицию на холме, лихо отстреливались от наступавших рыцарей. Сами англичане при этом спешились и обороняли своих опытных стрелков. Бесконечный обстрел (лучники во время пауз собирали снаряды и продолжали стрельбу) наносил урон не столько самим всадникам - больше доставалось несчастным коням. Лишившись скакуна, рыцарь терял главное преимущество - натиск, без которого он не мог прорвать оборонительные позиции противника. Так и получалось, что бронированные воины брели пешком до позиций, где, обессиленные и лишенные веры в победу, знатно отхватывали от тяжелой пехоты англичан. (Подробнее о битве при Креси)
В следующее столетие рыцарям доставалось от пехоты, из раза в раз изобретавшей новые способы борьбы с тяжелой конницей, ничуть не меньше, чем в сражениях выше. При Азенкуре (1415) английские лучники защищали свои позиции острыми кольями, которые грозились оставить всадника без коня. Во время Гуситских войн чешские ополченцы изобрели мобильную крепость (вагенбург) и успешно вели войну от обороны. А швейцарский строй пикинеров во второй половине XV столетия не оставлял шансов бургундским рыцарям.
× Поддержите подпиской наш телеграм-канал: @battlez
Любопытный факт: после катастрофы при Азенкуре на французское рыцарство обрушился шквал критики. Некоторые средневековые авторы даже высказывали сомнения в необходимости рыцарства как ведущей военной силы. Honoré Bouvet (или Bonet) в своем труде "Древо битв" винил рыцарей в том, что они видели в войне лишь быстрый способ обогатиться. Жан де Бюэй, адмирал Франции 1450-1461 гг., в книге "Le Jouvencel" также выступает с критикой рыцарства.