- Эй, белка! Расскажи мне о кельтах. - Пума сунула морду в дупло. - Ты спишь что ли?
- Поспишь тут, как же! - сонно ворчит белка. - Нидхёгг и Хрёсвельг гоняют по стволу туда-сюда: передай то, передай сё, а я им не сова! У меня крыльев нету! И почему я не летяга? Прыгала бы с верхушки и планировала по спирали вниз, к корням. Хоть бы силы экономила! Устанешь за день, как собака, заберешься в гнездышко отдохнуть, а тут ты! - Ну, прости!
- Ладно уж. Что там у тебя?
- Попался мне однажды в лесу забавный такой пренёк. Я, кричит, потомок кельтов, и не боюсь тебя, драная кошка! Представляешь? Драная! Ты посмотри на мою шкуру! Идеально. Шерстинка к шерстинке! Обидно...
- А давно это было? - Рататоск выбралась из дупла и потянулась.
- Пару месяцев назад.
- Парень в килте был?
- В чем? - Это одежда такая. Вроде юбки в клеточку.
- Нет.
- Значит, ирландец. Праздник у них в начале ноября. Самайн называется, или сауин, саунь. Переход от светлой и теплой части года к темной и холодной. Ночь, когда истончается грань между миром живых и нашим - потусторонним. Поэтому-то он тебя и разглядел, в другое время мы для смертных невидимы. В лесу-то поди, хворост для костра собирал? Ну точно. Самое время прогнать весь скот между двух костров, чтобы защитить от сглаза и болезней, да запастись элем и теплыми пледами. Сейчас модно возрождать древние традиции и культы. «Откель ты, откель ты, - меня спросят кельты, - И если ты кельт, пьёшь ли эль ты?» - задумчиво пропела белка, и пояснила - Александр Карпов, "Долгая дорога в Дублин". - Не отвлекайся.
- Хорошо. Так что конкретно тебя интересует?
- Кто такие кельты и с чем их едят.
- С кабаньими ребрышками. А запивают элем или сидром. А если ископаемых - то вином. Греческим. У них и котлы для этой цели в курганах припасены. И приборы на девятерых для посмертного пира. А покойника всего в золоте на четырехколесную повозку кладут, наверное, чтобы удобнее к столу подавать было. Причем консервировали только самых знатных. Оно и понятно - мясо у знати помягче будет. Они и питаются лучше и моются чаще, стало быть — вкуснее.
- Серьезно?
- Да кто ж их, людей, разберет. Инструкции в курганах не находили. В иных захоронениях на полях и покойников-то током не было, один пепел в урнах. Может, просто готовили их неудачно - пережаривали.
- Гадость какая. Фу.
- Да шучу я. Кельтами принято именовать многочисленные индоевропейские скотоводческие и земледельческие племена, заселившие территории к северу от горной цепи Альп с 6-5 века до РХ по самому распространенному человеческому летосчислению. Дикие, но симпатишные. Организовывали себе поселения с фортами на каменистых холмах. Носили штаны, поэтому весь цивилизованный мир в лице греков и римлян дружно обзывал их необразованными варварами. Но кельты чихать на это все хотели и постепенно отжали себе земли аж до самой Турции, наваляли грекам в Дельфах, разорили храм Аполлона с оракулом, взяли Рим в примерно в 390 году до РХ, попировали там какое-то время (наверняка теми самыми гусями, которым приписывают спасение Рима от захватчиков), и ушли восвояси. Очевидно, в штанах им было там слишком жарко, а избавиться от оных не позволяла воинская гордость. Представляешь, в бой они шли нагишом — в чем мать родила (и тут мы сразу вспоминаем сражавшегося без одежды Эдди Дина из «Темной башни» Стивена Кинга), а в любой другой ситуации держались за свои штаны как за самое дорогое. Об этом не принято было подробно рассказывать в римских письменных источниках, посему вопрос до сих пор для некоторых спорный. О взятии Рима, конечно же, а не о штанах.
- Рим, это тот, в который ведут все дороги?
- Он самый.
- Капитолийская волчица, Ромул и Рэм...
- Эээ, не спеши. Ты просила про кельтов! Про римлян разговор отдельный. Это мы как-нибудь потом. - Рататоск перепрыгнула на соседнюю ветку, пробежалась по ней, разминая лапки, и вернулась обратно. Откуда-то сверху спустился кружась крупный ясеневый листок.