В тот день я молча попивал какой-то алкогольный коктейль в воронежском баре. Воронеж я посещать не планировал, но сложившиеся обстоятельства меня никак не напрягали. Рядом со мной сидел мужчина лет 45, лысина ярко шла в контраст с густой бородой. Было видно, что он знает в этом баре всех, именно поэтому я вызывал у него наиболее острый интерес.
Мой немного брезгливый тон, присущий всем москвичам при разговоре с провинциалами, ему точно не понравился. Я неохотно поддержал беседу на отвлеченные темы, но вот его жуткая неприязнь к своей стране вызвала у меня неистовое любопытство, как у человека, любящего Россию.
Как оказалось, мой "юный друг" прожил в славном Воронеже более 40 лет. Неприязнь к малой родине у него появилась довольно таки давно. Он ненавидел каждый уголок своего города, каждого человека в нем, прекрасные деревья и даже дворовую собаку, жившую около пятиэтажки.
Я молча сидел и слушал. В голове у меня крутился лишь один вопрос, но я не хотел его озвучивать, ведь на этот вопрос он вряд ли смог бы ответить. Поэтому я наслаждался моросящий дождем за запотевшем окном и проглядывающей радугой где-то вдали. Разумеется, я поддерживал его мнение, чем вызывал огромную злую радость. На его лице медленно начинала появляться улыбка, он казался уже не таким грубым и злым, а по своему счастливым.
Прощались мы с ним уже хорошими друзьями, он считал меня своим верным соратником в этой серьезный и долгой войне глупости и трусости.
В тот день я пошел не в гостиницу, ноги сами повели меня к пятиэтажкам, где жила милая дворняга. До самого утра я смотрел с ней на луну, обсуждал философские проблемы и просто говорил о бытовом.
Собака была хорошим слушателем.
Уезжая на следующий день все дальше от Воронежа, я не мог забыть ту прекрасную радугу, что освещала почти весь город, ту добродушную дворняжку, те по истине интересные старинные сооружения, тех людей. В вагоне поезда я так и уснул, любуясь березовыми рощами и цветочными полянами.
Ставьте лайки, комментируйте и подписывайтесь на канал. Я всегда открыт к общению. Спасибо!