- Хочешь груш? - спросила Маринка. - У Извековых в саду растут обалденные груши! Пойдем.
- В смысле, попросим у бабы Нины? - уточнила я, хотя догадывалась, что спрашивать разрешения подруга ни у кого не собиралась.
- Да мы чуть-чуть возьмем, не бойся, никто не узнает! - у Маринки уже загорелись глаза. - Тем более, сад не бабы Нины, а общий.
Сад действительно располагался через дорогу от извековского дома, и хотя это не давало ему права называться чужим, но и подтверждения того, что его сажали Извековы, тоже не было. По крайней мере, в девять лет эта теория показалась мне вполне логичной.
Ох, и не хотела ж я поддаваться на Маринкины уговоры, я ведь росла девочкой примерной во всех отношениях. Да и трусиха была еще та. Залезть в чужой сад без спроса? До сих пор не понимаю, как я на такое отважилась. Тем не менее, факт остается фактом. Наверное, я очень сильно хотела груш.
- А как же Туман? Как мы пройдем мимо него? - ухватилась я за последнюю возможность сохранить свою честь.
- А что Туман? Он же слепой, он нас даже не заметит, - улыбнулась подруга.
Действительно, старый лохматый пес, привязанный аккурат на входе в сад, уныло доживал свои дни в старой будке, и его уже ничто не заботило - ни сад, ни груши, ни соседские девчонки.
Мимо Тумана мы прошмыгнули без проблем, хотя коленки у меня тряслись изрядно. Зато груши оказались действительно бесподобными! Надкусив по одной, мы сорвали еще по паре штук, запихнули их в карманы и двинулись к выходу. Но эта история не имела бы смысла, если бы в ней не сработал закон подлости. Конечно, как же без него. Я - девочка, положительная со всех сторон, ни разу в жизни не взявшая чужое, по закону подлости должна была попасться именно в первый раз.
Так и произошло. На выходе из сада нас поджидала баба Нина, и вид ее говорил о том, что нам не сдобровать.
Никогда в жизни мне еще не было так стыдно. Я не видела своего лица, но готова была побиться об заклад, что оно было краснее вареной свеклы. Баба Нина стыдила нас и читала нотации минут пятнадцать, после чего сказала фразу, которая окончательно меня убила: "А от тебя, Наташа, я такого точно не ожидала!" Еще бы! Я сама от себя такого не ожидала. Лучше бы она нас за уши оттянула, и то было бы легче.
Напоследок баба Нина пообещала вечером прийти к нашим бабушкам и все им рассказать. Вот тут я поняла, что самое страшное, оказывается, впереди. Узнает бабушка - узнают родители и всё, мне конец!
Я прибежала домой, залезла под одеяло и стала молиться Боженьке, чтобы баба Нина не пришла. Уж чего только я ему не наобещала взамен! И что я буду беспрекословно слушаться родителей, и что буду помогать бабушке на огороде и, конечно, больше никогда в жизни ничего не украду.
Потом я подумала, что если молиться перед иконой, а не под одеялом, то шансов стать услышанной будет больше. Я подошла к образу Богородицы, висящем в углу, и еще раз повторила свою просьбу и обещания.
Остаток дня я провела в бесконечной тревоге, то и дело выбегая на дорогу посмотреть, не маячит ли вдалеке грузная фигура бабы Нины. Успокоилась я лишь тогда, когда бабушка закрыла дверь на засов и легла спать. Тогда я приподнялась на кровати, посмотрела в угол, где висела икона, и еле слышно прошептала: "Спасибо!"
Другие воспоминания - на моем канале. Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить! И да, я буду рада вашему лайку))