Выйдя из ратуши, я снова наткнулся на мило беседующих штейгера Ослоу и маршала Марриса. Маршал меня заметил, подозвал и беспечно заявил, что раз уж я отправляюсь на север, можно было бы поубивать орков. Во-первых, откуда он знает, куда я направляюсь. Я никому не говорил. Это так полковник Тротман относится к военным операциям? Уже успел разболтать подробности всем интересующимся. Когда он только успевает. Но даже если маршалу положено знать об операции, и он полностью в курсе, почему полковник, как мой непосредственный начальник, не мог сам передать этот приказ. Типа, “ваша задача состоит в освобождении пленников и в уничтожении живой силы противника”. Во-вторых, приказы полковника и маршала сильно противоречат друг другу. По версии полковника, моя основная задача состоит в незаметном проникновении на вражескую базу и освобождении заложников. Маршал Маррис требует, чтобы я уничтожил как можно больше живой силы противника. В-третьих, это маршал, якобы. У него под началом должны быть все войска поблизости. Не обязательно ждать попутчика на север, чтобы снарядить экспедицию на орков. Мало этого, нужно было бы организовать операцию прикрытия по отвлечению орков как раз с помощью регулярных частей. Например, в отдаленном районе начать нападать на орков, чтобы некоторые отряды оттянулись от места моей операции. Конечно, если вместо командования пить и болтать, как это делает Маррис, то останется только ждать, что всю эту работу сделает кто-то другой.
Кстати, я задумался, как можно стать маршалом в глухой деревушке? Великий полководец на отдыхе? А может быть, он в чем-то провинился, в наказание его разжаловали и отправили сюда, а он из ностальгии все еще представляется маршалом. Я даже догадываюсь про его провинность - пьянство.
Штейгер Ослоу тоже решил попросить меня об одолжении. Он, конечно, не допустил прямых приказов, да и обращался ко мне исключительно “О, мой спаситель”, так что пришлось согласиться и на его просьбу, которая заключалась в доставке подзорных труб. Эти трубы нужно было отобрать у следопытов, а сам Ослоу собирался их использовать как геодезическое оборудование. Неужели поблизости нет мастера, способного сделать эти подзорные трубы? То есть какие-то орки из клана Черной горы могут себе позволить делать подзорные трубы, а мастерам Альянса чего-то не хватает?
Какой-то стражник Бертон решил оповестить всю деревню, что от второго батальона Штормграда никаких вестей, а разведка докладывает об активности темношкурых на северо-востоке. Да, все разведданные именно так обычно и докладывают - на всю деревню, чтобы все были в курсе происходящего. Это значительно повышает уверенность жителей в завтрашнем дне и поднимает доверие к руководству.
Мимо уже знакомого кладбища я побежал дальше на север по дороге. Кстати, кто и зачем проложил эту дорогу? Чтобы оркам было удобнее добираться до Приозерья? На обочине попадались сломанные части каких-то осадных орудий. Похоже, давным-давно здесь была большая битва. Странно, что орудия до сих пор сохранились в том же состоянии. Их можно было бы починить и продолжать использовать.
Направо уходила тропинка, по которой бродили орки. Видимо, это и была лесопилка Альтера. Количество орков в пределах прямой видимости явно превосходило количество стражников в Приозерье. То есть, орки уже могли бы совершать нападение на деревушку. И никакой маршал Маррис их бы не остановил.
Лесопилка представляла собой полностью открытый навес с большим диском посередине. Судя по размерам этого диска, можно было предположить, что распиливают здесь какие-то вековые баобабы. Хотя поблизости не было не только леса, но и деревьев вообще. Каким образом приводится в действие этот диск, откуда и как подаются бревна, куда попадают полученные доски и обрезки оставалось загадкой.
Рядом с пилой я увидел клетку, в которой сидел человек. Когда я добрался до него, тот представился Месснером, сильно удивился, что Кишан живой и обещал помочь мне во всех моих начинаниях. Вообще, он выглядел слишком хорошо для того, кого пытали в течение пяти лет и держали на открытом воздухе в клетке, в которой нельзя было сделать ни шагу. Да он должен был, лежа в углу, собирать остатки сил, чтобы поднять голову. Но Месснер бодро просил меня освободить его из клетки. Откуда-то ему было известно, что ключ находится на пне посреди огромного количества спящих воргов, рядом с которыми бродит надзирать. Логика в действии этого тюремщика отсутствовала напрочь. Вместо того, чтобы охранять заключенного рядом с его клеткой, он положил ключ где-то на улице и теперь бродил где-то недалеко. Месснер подвоха не чувствовал, но мне было совершенно очевидно, что кто-то явно хочет, чтобы я нашел этот ключ и освободил этого узника.