А потом была ночь, а потом было утро, а потом Маруся собралась и поехала на вокзал, провожать поезд с самым дорогим человеком в путь по Транссибирской магистрали из приморского города на Урал через далекую Сибирь. Милка тоже приехала, поддержать, да и с остальными ребятами попрощаться. Ребят много, многие с родителями. Песни поют, прощаются, обещают писать и не забывать. Маруся только воет белугой , ну как же жить без него теперь понять не может. Денис тоже в слезах, держит в руках девочку, выпустить не может. А потом сказал, что ошибся, не любит, что это Маруся счастливая, что умеет так любить, а он не сможет. Зачем сказал, может, хотел, что бы забыла она его быстрее, злилась на него, а может и правда понимал, что не сумеет. Со ступеньки вагона уже смотрел на нее своими волшебными глазами, полными слез и не мог наглядеться. Так и попрощались. Маруся билась в истерике, рыдала взахлеб, зверюшка внутри сжалась от невыносимой боли в тугой обжигающий комок. Милка обнимала, утешала, уводила с вокзала. Женщина, одна из мам, с горечью глядела на Марусю и говорила: - «Не плачь, когда так сильно плачут, ничего хорошего не выходит!» Марусино горе было невыносимым, оно не умещалось в ней, ширилось, требовало выхода. Мила была рядом, утром нужно было на учебу. Всю ночь, вконец обессилевшую Марусю, преследовали сцены прощания, рой мыслей не давал отдохнуть и забыть, сны снова и снова повторяли прошедший вечер. Утро было страшным. Знаете эти первые секунды, после пробуждения, когда мозг, жалея, отключает сознание? А потом приходит осознание себя в этом мире и как будто в ледяную воду окунули? Вот так и началась осень 1999 года.
Потом будет дружба с одногруппниками, а мама их как раз та женщина с вокзала. Примерно лет через семь - восемь, ездила Маруся с этой семьей отдыхать к морю. Вечером одним сидели вдвоем, с тетей Наташей, уложив спать Марусиного сына и наварив борща, за рюмочкой водки и беседовали. И тот вечер страшный вспоминали. Вспомнила Наталья и слова свои пророческие и как страдала Маруся. И свою историю рассказала, объяснила, почему понятно ей горе Маруси. В юности у Натальи был любимый, они в деревне жили. Потом уехала она учиться в город. Он тоже уехал. Письма полные любви и нежности писали друг другу. А потом он писать перестал. Наташа взяла отпуск и поехала искать любимого. И нашла ведь. Нашла, а обрадоваться не успела, потому что попала прямо на его свадьбу! На чужих, тяжелых ногах добрела кое – как до гостиницы, где остановилась. И плакала так горько и безнадежно, орала громко, закрыв голову подушкой, долго, несколько дней…
Маруся скучала очень, училась кое-как, письмо ждала. Дней через пятнадцать пришло. Счастье ее долгожданное. Я могу это письмо, даже не перепечатывая, вставить сюда, потому что оно, да и все остальные письма Дениса, хранятся у нее и по сей день. А вот Денис ее писем не сохранил, сжег в тяжелый период своей жизни. Уничтожить память хотел, рвал и жег ее фотографии, письма, маленькие подарки, которые могли уместиться в конвертах, да только память она всегда с нами, от нее и от себя не уедешь. А может и правильно, ну как семейному человеку такую память хранить, какой супруге понравится такой склад несбывшихся надежд и обещаний? Каждой хочется быть единственной и самой сильной любовью. Это было, вероятно, последнее поколение людей писавших письма на бумаге, не имеющих еще мобильных телефонов, интернета, да что там, даже домашнего телефона не было у него, а у нее был только в квартире брата, куда она и бегала вместо свиданий за короткими мгновениями долгожданного общения с любимым человеком. А он бегал на свидание в телефонную будку на привокзальной площади, мерз в ней холодной зимой, обманывая телефонного оператора, вынимая карточку по время разговора, чтобы не списывала деньги. Иногда просился к соседям, у которых был телефон и тогда, приходилось вести разговоры почти шепотом, стесняясь слов нежности и любви. Все разговоры их сводились к тому, что он приедет летом, обсуждали возможность перевестись в институт в родном Марусином городе. Так и жили несколько месяцев от письма до звонка.