Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Книжный класс

ВОЛШЕБНАЯ КОЛЫБЕЛЬ АНГЛИЙСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Замечательный памятник мировой культуры и литературы – свод книг о легендарном короле Артуре – принадлежит перу Томаса Мэлори, единственного крупного художника-прозаика, которого выдвинуло XV столетие в Англии. Английская литература того времени находилась в начальной стадии становления, переплавляя в себе устное творчество придворных менестрелей, народные сказки и легенды, шедевры итальянского Возрождения (поэзию Данте, Петрарки, прозу Бокаччо) и французские рыцарские романы. Работа над романом велась …в тюрьме: надо ж было представителю знатного уоркширского рода как-то скоротать двадцать лет заключения во время войны Йорков и Ланкастеров за королевский престол. Увидеть свой труд изданным автор не успел. Он отправил рукопись английскому первопечатнику Уильяму Кэкстону – человеку высокообразованному, а более того практичному. Кэкстон успешно продвигал на едва-едва зародившийся английский книжный рынок произведения богословов, путешественников, античных классиков и долго не был увер

Замечательный памятник мировой культуры и литературы – свод книг о легендарном короле Артуре – принадлежит перу Томаса Мэлори, единственного крупного художника-прозаика, которого выдвинуло XV столетие в Англии. Английская литература того времени находилась в начальной стадии становления, переплавляя в себе устное творчество придворных менестрелей, народные сказки и легенды, шедевры итальянского Возрождения (поэзию Данте, Петрарки, прозу Бокаччо) и французские рыцарские романы.

Работа над романом велась …в тюрьме: надо ж было представителю знатного уоркширского рода как-то скоротать двадцать лет заключения во время войны Йорков и Ланкастеров за королевский престол. Увидеть свой труд изданным автор не успел. Он отправил рукопись английскому первопечатнику Уильяму Кэкстону – человеку высокообразованному, а более того практичному. Кэкстон успешно продвигал на едва-едва зародившийся английский книжный рынок произведения богословов, путешественников, античных классиков и долго не был уверен в том, что «Смерть Артура» будет востребована публикой. «Можно сомневаться, - говорил он, - существовал ли вообще когда-либо король Артур; многие считают относящиеся к нему предания за басни и выдумки; существуют также вполне достоверные хроники, которые вовсе не упоминают ни об Артуре, ни о его рыцарях».

-2

Но наконец типограф сдался под воздействием следующих доказательств: «Разве не показывают нам могилу короля в Глэстонберийском аббатстве, а в Дуврском замке - череп Гавейна и плащ Кредока, в Винчестере - круглый стол, а в других местах - меч Ланселота и многое другое? Разве в Вестминстерском аббатстве, в раке св. Эдуарда, нельзя явственно прочесть в оттиске на красном воске берилловой печати: Патриций Артур, император Британии, Галлии, Германии и Дакии? Разве, притом, недостаточны литературные свидетельства «Полихроники» или сочинения Боккаччо «О несчастиях славных мужей?» Кэкстон приготовил рукопись Мэлори к печати, разделив ее на двадцать одну книгу и 507 глав, снабдил их особыми заголовками и выпустил в свет пятнадцать лет спустя после того, как она была окончена автором.

Первые четыре книги посвящены народной легенде о колдуне Мерлине и тайне рождения Артура. Пятая книга основана на аллитеративной поэме XIV в. «Смерть Артура», представляющей стихотворное переложение эпизодов латиноязычной «Истории» Гальфрида Монмутского (XII в.); из того же источника взят был материал для восемнадцатой, двадцатой и двадцать первой книг. Шестая книга восходит к французскому роману о Ланселоте, тогда как восьмая, девятая и десятая следуют французскому же прозаическому роману о Тристане, а книги с одиннадцатой по восемнадцатую, излагающие историю поисков святого Грааля, проистекают частью из французского «Ланселота» и «Грааля», частью из других источников. В этом сложном повествовании король Артур с супругой своей Гиневрой не всегда стоит на первом плане. Эпизоды приключений следуют друг за другом, часто без мотивировки и особого приготовления читателей. Храбрые рыцари, закованные в латы, вступают в поединки, прекрасные изгнанницы находят себе приют в сумраке дремучих лесов, карлики или волшебник Мерлин, одаренный чудодейственным даром пророчества, разоблачают тайные связи между героями и возвещают несчастия, которые они не могут ни объяснить, ни предупредить…

-3

Но странным образом эта путаница только добавляет очарования фантастическому старинному миру. А достоинствами языка литературоведы восхищаются до сих пор. «Смерть Артура» надолго стала одной из популярнейших английских книг. В 1568 г. моралист Роджер Эшем даже жаловался: «Книга эта часто изгоняет библию из покоев государей». В XVI в. «Смерть Артура» оказала особенное влияние на Эдмунда Спенсера («Королева фей»). В следующем столетии ее читал Мильтон, задумывая поэму о короле Артуре, а в XVIII в. высоко оценил Томас Уортон в своей «Истории английской поэзии» (1774-1781 гг.), но настоящее открытие произошло в эпоху романтизма. Вальтер Скотт писал: «Это самый лучший прозаический роман, который существует на английском языке». С новой силой интерес возродился в середине XIX столетия. Альфред Теннисон использовал книгу Мэлори в своих «Королевских идиллиях». Уильям Морис зачитывался «Смертью Артура» и открыл ее художникам-прерафаэлитам, познакомил с нею Россетти, Берн-Джонса и других друзей, передав им свой энтузиазм к этому «драгоценному произведению искусства». Книга была необычайно популярна вплоть до конца XIX в. – настолько, что попытка Марка Твена воспользоваться некоторыми ее мотивами в пародийных и сатирических целях («Янки при дворе короля Артура», 1889 г.) была встречена в Англии гневными протестами критиков. Наконец, в 1893 г., вышло великолепное издание, иллюстрированное Обри Бердслеем, и было признано шедевром книжного искусства. В заслуженности этого признания может убедиться каждый на примере его нового воплощения издательством «Октопус»: формат, особая бумага, золоченый переплет, изысканные иллюстрации и виньетки – все уводит в мир чудес, приключений и утонченных чувств.

-4

Томас Мэлори Смерть Артура./пер.Инны Бернштейн. Иллюстрации Обри Бердсли. – М.: Октопус, 2018. – 800 с., ил.