Сразу хочу предупредить историков-любителей, историков-профессионалов и прочих околоисторических личностей, что этот текст является всего лишь личными соображениями и предположениями автора. Несмотря на кучу прочитанных книг и других материалов по этому поводу, автор не может гарантировать, что все тут вкратце изложенное является стопроцентной правдой. Но по личному мнению автора дело было именно так. Ну, или почти так.
После смерти Иосифа Виссарионовича реальная власть сосредоточилась в руках Лаврентия Берия. Как умный человек, он прекрасно понимал, что курс на отстранение партии от руководства страной, задекларированный Сталиным незадолго до смерти, партийная верхушка воспримет в штыки и будет всячески сопротивляться. Как министр внутренних дел, он, скорее всего, был осведомлен о некоторых шевелениях и пытался принять меры.
Берия быстро завершил несколько громких дел, в том числе дело так называемых «врачей-убийц» и многие арестованные были отпущены на свободу, избежав суда и отправки в трудовые лагеря. Предполагая силовой сценарий смены власти, он подтянул под Москву две дивизии войск МВД, но не успел. Вечером 26 июня 1953 года в Москву вошли танки действующих частей Красной Армии. Противники, во главе с Хрущевым, нанесли удар первыми, переманив на свою сторону Георгия Жукова, занимавшего пост заместителя министра обороны.
Берия был вызван в Кремль и там арестован. Вскоре бывшему первому заместителю главы правительства СССР и министру внутренних дел были предъявлены чудовищные обвинения: виновность в терроре 37-38 годов, шпионаж и работа на мировой империализм, изнасилование сотен женщин, включая несовершеннолетних девочек. Его быстро осудили и так же быстро расстреляли.
Этим обвинением Хрущев и остальные решали сразу две проблемы. Первая – устранение сильнейшего политического противника. Вторая – возможность свалить свои грехи на предъявленного народу в качестве козла отпущения Лаврентия Павловича. К слову, обвинений тот так и не признал.
Дело в том, что у всех заговорщиков руки были по локоть в крови. Во время так называемой Ежовщины 37-38 годов, они наперегонки вскрывали и расстреливали врагов народа, кулаков и прочих вредителей. И особенно отличился в этом сам Никита Сергеич. Он постоянно бомбардировал Сталина письмами с требованием увеличить лимит расстрелов врагов народа. Однажды вождь народов не выдержал и поставил на его письме резолюцию: «Уймись, дурак». Только в Московской области Хрущев за несколько месяцев умудрился найти 55 000 кулаков! А ведь в этом регионе их в принципе никогда не было и быть не могло. И вот все эти делишки скопом повесили на Берию, заставляя отдуваться самого из них невиноватого.
Народ был в шоке от таких обвинений и с недоверием косился на Кремль, поскольку каких-либо веских доказательств судом не было предъявлено. У всех был только один вопрос: "А как же допустил такое товарищ Сталин? Он что, не видел, что творит его первый заместитель? А если видел, почему не предотвратил?"
Людей рвал на части когнитивный диссонанс и с этим надо было что-то делать, потому что раз картинка не складывается, то никто не поверит, что она настоящая. И тут Хрущеву пришла отличная мысль – сделать Сталина главным виновником и репрессий, и убийств и прочих беззаконий, которых натворила немало теперешняя партийная элита. Так родился миф о культе личности, провозглашенный с трибуны ХХ съезда КПСС Никитой Сергеевичем Хрущевым.
Но несмотря на все старания, многочисленные публикации в прессе, радиотрансляции и прочие методы пропаганды, народ так до конца и не поверил в эту большую ложь. А она принесла просто ужасные плоды. Очернив Сталина, Хрущев тем самым полностью разрушил отношения с Китаем и подорвал престиж коммунистической партии в Европе, где люди массово стали из нее выходить. По этому поводу едко проехался Уинстон Черчилль, сказав: «Хрущев – единственный политик в истории человечества, который объявил войну мертвецу. Но мало того — он умудрился ее проиграть». Такие вот дела.