«Невидимой красной нитью соединены те, кому суждено встретиться, несмотря на время, место и обстоятельства. Нить может растянуться или спутаться, но никогда не порвется».
Для меня Саша и Варя на протяжении всего романа идут рука об руку. Книга охватывает временной отрезок, длившийся десять лет. Но кто посчитает, сколько из этого времени провели друг с другом эти двое? Жалкие крупинки. Что помешало? Время? Личные качества? Если вначале Саша вызывал у меня противоречивые чувства, то за Варю я всегда была спокойна. Да, арест Саши вызвал полный переворот в сознании тогда еще шестнадцатилетней девочки и повлек ряд глупейших ошибок, но, тем не менее, она всегда знала, чего хочет. Любовь к Саше она приняла сразу. Варя всегда его ждала, всегда к нему тянулась, до последнего надеялась. Взрослея, она превращалась в сильную и смелую женщину. И слишком честную для того времени. Сколько раз Варя оставалась на грани, потому что не умела скрывать свои чувства. Но при этом она ни от кого не отвернулась, всегда старалась помогать, даже ценой собственного благополучия или жизни.
Саша же более сложный. Это история человека, которого шаг за шагом заставили прогнуться. Это долгий путь от молодого человека, у которого вся жизнь была впереди, до усталого мужчины. В 32 года уже старик. Не внешне, но внутренне. Это борьба от ожесточенного противостояния и отрицания до принятия. Не смирения, а подавления. Не сказать, что это так уж легко дается. Саша человек с поистине ослиным упрямством, категоричный, рубящий с плеча. Сколько раз он отрезал от себя Варю, отрывал с кожей. И на какое-то время это ему даже удавалось, но потом все с начала. Чуть брезжил свет и сердцу не совладать. А зачем отрывал? К чему пришел?
«Саша открыл глаза, посмотрел в окно – снег, снег, снег, тоска…»
Тоска – вот то состояние, в которое погружаешься по мере повествования. Давящая, всеобъемлющая, нет ей ни конца, ни края. Замкнутый круг. Хочется остановиться и закричать, но ничего не изменится. Одиночество. Здесь каждый одинок, пусть и связан с кем-то неразрывными узами, пришит, спаян, но одинок. Чувство тоски, безысходности, которая выворачивает суставы, сжимает горло мертвой хваткой, заставляя отхаркиваться кровью. Пытаешься сделать вдох, но грудная клетка закостенела.