(Страница 7)
Выступление Дина на Фестивальной сопке на следующий день проходило в рамках состоявшегося в Тынде четвертого общетрассового фестиваля самодеятельной патриотической песни. Начало мероприятия было обставлено в традициях, соответствующих тем временам. Эстрадная площадка, стол президиума. Вступительное слово сделал тогдашний начальник Главбамстроя К.В.Мохортов.
И в это время произошел забавный инцидент. Дин появился на глаза публике и встал в сторонке от стола президиума чуть позже. Люди, увидев его, начали аплодировать. Константин Владимирович в недоумении – его спич едва достиг середины – а тут вдруг аплодисменты. Не «захлопывают» ли? И, лишь повернув голову и увидев Рида, понял, в чем дело. Речь ему пришлось сокращать на ходу.
Рид пел на сопке чуть больше часа. Помогали ему ребята из белорусского ансамбля «Верасы», подпевала вся сопка.
О нем тепло вспоминали артисты «золотого» состава ВИА, несколько лет назад собравшиеся в минском кафе «БАМ» отметить 30-летие совместных гастролей на Байкало-Амурской магистрали с Дином Ридом, который стал для них больше чем просто кумиром – неким символом своего времени. Был еще один повод, чтобы встретиться – день рождения Рида.
Вот что говорила о нем солистка ансамбля Ядвига Поплавская: «Дин был суперпрофессионалом с великолепной актерской школой. Несмотря на свою огромную популярность и любовь со стороны женщин, вмещавшую в себя все: и зацелованные машины, и обмороки, и страстное желание пообщаться, доходящее до фанатизма, – он был внимателен к публике, которая приходила на концерт. Он располагал к себе людей. Не ощущалось этой стены, которая бывает между нынешними звездами, окружившими себя охраной, и простыми людьми. Порой комсомольцы на БАМе увозили его с собой на ужин. Сами понимаете: застолье, тосты... Заканчивалось все тем, что они хлопали его по плечу: «Ты свой парень! Давай выпьем!» А сам он не пил. Но мужественно выдерживал эти посиделки. Его переводчик Олег Смирнов как-то сказал: «Как же Дин устал от этого». А потом на концерте с первой же песни полностью отдавал себя»
Выписывал виражи на мотоцикле, пел на крыше вагона идущего поезда.
Как-то в одном интервью Дин Рид поделился с московскими журналистами, что мечтает проскакать на лошади.
Вездесущие москвичи прознали, что на подворье у одного из тындинцев все-таки есть лошадь. Пришли они к дому коневладельца, и начали разговор. Мол, известный артист, и не просто известный, а американский, к тому же певец Дин Рид хочет сняться в кино на вашей лошади. Это будет почетно и для нее, и для вас.Хозяин оказался мужичком прижимистым и своенравным. Да и на сопку Фестивальную, скорее всего, не ходил, телевизор не смотрел.- Не знаю я, - говорит, - никакого Рида, и знать не хочу. И почета мне никакого от вас не надо. И никакой лошади я вам не дам! И так упрашивали, и сяк. Мужик – ни в какую. Отправились тогда мосфильмовцы в горком партии: «Что за дела? Какой-то частный коневладелец съемку фильма срывает! Примите, товарищи меры». В горкоме естественно, возмутились. Отправили к строптивому уполномоченного, чтобы объяснил темному человеку, что подрывает он авторитет гостеприимного города, где есть всё, даже скакуны. А дед сам себе на уме оказался. Оседлал свою сивку, и…
Искать другую лошадь уже не было времени. Динамичный и необычный кадр не состоялся.Так и окончилась первая и единственная попытка Дина Рида проскакать по Тынде на лошади.
Геннадий Астахов. Собкор на БАМе, газета "Амурская правда"