Полуночное кафе.

У меня идеальный слух. А все по тому, что я слепой. Но это не мешает мне ощущать, как Вы рассматриваете мое изуродованное лицо. Это просто шрамы. И мне бы хотелось сказать, что они появились после какой-то абсолютно неравной схватки, например, с диким медведем или, на худой конец, с кабаном или волком, но нет.  Неудачно свалился со второго этажа. И прямиком в кучу мусора. А там уже ничего не помню… Зашивали, перешивали. Хотя история и была интересной, конечно.  Почему упал? Толкнули.  Кто? Да уже...

Ну и что?  Нет, меня не обижает и никак не задевает мое прозвище. Из песни слов не выбросишь. Так что... Видишь эти руки? Под моими ногтями столько человеческих ДНК. Тебе и не снилось. Или Вам.  Я предпочитаю на «ты», не против?  Фух, не курила я уже двенадцать часов. Скоро будет тринадцать.  Если ты притащишь мне сигареты, разговор пойдет быстрее и интереснее...

В бар приходят разные люди. Интересные и не очень. Бывают достаточно неприятные.  Но я стараюсь не обращать внимания на них. Просто выполняю свою работу и все.  Что нужно делать бармену: уметь смешивать напитки, да протирать до блеска бокалы. Иногда вовремя сказать пару слов, ободряющего порядка.  За стойкой я хозяйничаю уже лет десять.  Этот островок «отдушины» я перестроил из дома своего дядьки, который так и не смог (или не захотел) обзавестись своими детьми, и, умирая переписал все своё имущество на меня...

Меня зовут Этна. Мне двадцать шесть лет.  У меня гетерохромия. Один глаз чёрный. Другой голубой.  Людей это пугает иногда. Мне они в такие моменты забавны. С детства родители говорили, что я их особенный ребёнок. Я любила их. Очень. Голос мамы ночами я сравнивала со звездным небом. А шершавые тёплые и такие большие ладони отца искала в толпе всегда, когда на секунду терялась в парке. Искала. Находила. Хваталась. И смеялась.  Папа легко подбрасывал меня наверх и сажал к себе на шею...