Найти любовь

Они познакомились в гостях у тёти Гали. Она тогда так и сказала: – Приходи, я сына Васильевых позвала. Такой жених вырос! Пашку Васильева Алиса помнила смутно. Последний раз они виделись, когда ей было одиннадцать, на даче. Тогда Пашка уговорил её залезть на дерево, чтобы сорвать яблоки, и подглядывал ей под юбку. Алиса надеялась, что он забыл тот случай, но, увидев её, Пашка воскликнул: – О, яблочница! Алиса густо покраснела, но взгляд не отвела и сказала: – А ты совсем не изменился. – Зато ты изменилась, – ухмыльнулся он и осмотрел её с таким откровенным интересом, что Алиса снова вспыхнула...

Когда Надя была маленькой, бабушка часто повязывала её зимой красным шерстяным платком с хохломским узором. У мамы до сих пор стояла на полке такая фотография: Надя с красными от мороза щеками, в шубке и шапке на резинке, а сверху – платок...

Птица врезалась Ире прямо в лицо – словно в глаза бросили чем-то серым и шуршащим. «Это знак», – подумала Ира. Она во всём видела знаки, считывала их всю жизнь, с самого раннего детства, называя это сейчас модным словом «магическое мышление». Что означала эта птица, Ира не знала. Но в любом случае знак был плохой, потому что ничего хорошего много лет в её жизни не происходило: годы отпечатывались на лице, работа в университетской библиотеке не приносила никакой радости, сестра всё больше теряла с...

– Мужика тебе надо! – заключила соседка Люда после долгого монолога Сони о том, почему она бросила свою устроенную городскую жизнь и вернулась сюда, в деревню, где когда-то жила её мама. Будь на месте Сони её дочь, та бы обиженно фыркнула и хлопнула дверью, но Соня только улыбнулась. – Ой, тётя Люда, ну что вы такое говорите! В моём возрасте пора уже забыть все эти глупости! – Да какой возраст! – всплеснула руками Люда. – Без мужчины в деревне не сдюжить, помяни моё слово! Соня так не считала. Она всегда была не из робкого десятка, могла и колесо на машине сама сменить, и смеситель поменять...

Все девочки мечтают о принце на белом коне, который однажды материализуется из их снов и увезёт в сказку, у которой не будет ни начала, ни конца. Лиза тоже верила, что однажды ей встретится принц, хотя пока попадались одни только чудовища. Первым был двоечник Павлик, который плевал жвачку ей в волосы и ставил подножки. Когда она падала, он поднимал её, облапывая при этом все выпуклые места. – Бьёт – значит, любит, – глубокомысленно говорили одноклассницы. Лиза в такое не верила, и чтобы встретить...

Квартиру отец отписал тётке по пьяни. Майя тогда лежала в больнице и ничего не знала. Её никто не навещал, все боялись: форма была закрытая, но всё равно страшно. В институте пришлось взять академ, подружки растворились сразу – все те, кто раньше у Майи лекции переписывал и схемы лабораторных перерисовывал, стали делать вид, будто у них совсем нет времени. – Просто так таким не болеют, – сказала одна, самая смелая, по имени Лида. – У нас все считают, что ты тем самым занимаешься, оттуда у тебя и деньги...