Рекомендую опубликовать в журнале " Северский Донец"

Святоград Луганский, улица Карла Либкнехта, 62а. Бывший монастырь, ныне — объект под охраной. Рассвет. Аркан открыл глаза и понял две вещи одновременно. Первая — он не слышит дыхания города. Луганск всегда дышит. Даже в самое тихое утро где-то за забором скребёт метла, лает собака, едет по Либкнехта первая маршрутка. Сейчас — ноль. Вторая — он уснул вчера, дописывая главу. Левая рука всё ещё лежала на клавиатуре старого, убитого ноутбука, который друзья звали «плёвым». Стоило дрожащим пальцам раненой руки коснуться клавиш — и текст, считай, был написан...

Святоград Луганский, улица Карла Либкнехта, 62а.** **Утро, которое длится вечность.** Аркан сидел за столом и смотрел, как левая рука выводит имена. Она делала это сама. Он не хотел, не думал, не вспоминал специально — но пальцы сжимали ручку, и буквы ложились на бумагу одна за другой, плотные, каллиграфические, как в старой псалтыри. Пётр. Илья. Николай. Сергей. Михаил. Андрей. Алексей. Дмитрий. Владимир. Девять имён. Девять человек, с которыми он стоял в одном окопе, пил из одной фляги, дышал одним воздухом, пропитанным гарью и смертью...

**Святоград Луганский, улица Карла Либкнехта, 62а.** **День третий. После полудня.** Аркан сидел за столом и смотрел на свою левую руку. Рука не дрожала. Впервые за много лет она лежала спокойно, как хорошо наточенный клинок в ножнах. Он писал уже третий час. Слова ложились ровно, красиво, почти каллиграфически. Он писал о десятке. О тех девятерых, что ушли журавлями. О младенце Петре, в котором они все вернулись. О великой миссии Святограда — молиться об общем благополучии, стоять на страже мира между небом и землёй...

Часть №4: Слышь? (Полная версия) Святоград Луганский, улица Карла Либкнехта, 62а. День четвёртый. Утро. Аркан проснулся от тишины. Не от той, мистической, которая была в первый день, когда исчез город. А от обычной, утренней, когда ещё слишком рано для машин и голосов. Такая тишина бывает только в Святограде. В Луганске, который с 2014-го называется иначе, но не на картах, а в душах. Он сел на раскладушке. Левая рука — писательская — лежала на груди. Не дрожала. Отдохнула за ночь. За окном светало...

Святоград Луганский, улица Карла Либкнехта, 62а. День пятый. Утро, которое длится уже вечность. Аркан сидел за столом и перебирал бумаги. Четыре дня. Четыре истории. Четыре жизни, которые он прожил как бы по настоящему. А может, и не как бы — может, и вправду по-настоящему. — Ну что, — сказал Аркан вслух. — Пора собираться. Дверь скрипнула. Вошёл Рыжий. Следом, как-то боком, протиснулся Аист. За ними — Виктор Иванович с палкой, а за ним, толкаясь в дверях, появились сразу двое Петров: взрослый, в камуфляже, и маленький, на руках у молодой матери, которая зачем-то тоже пришла...

Александр Прок Прокопенко Повесть.               Ранний вечер запоздавшей осени пронизан вязким зноем и надвигающейся со стороны реки Лугани прохладой.        С  темно - багряного неба изредка срываются теплые капли и разбиваются об асфальт.       Спешным  шагом  я вхожу  в обновленный парк имени Горького и глубоко вдыхаю свежий воздух. Уже привычно радуют глаз детская площадка и клумбы с розами, красивые скамейки, фонари, беседки.« Все путём» -любил  говорить   мой  дед   Алексей  Андреевич    Прокопенко...