Рассказы о частной жизни человека.

Наткино, новогоднее, настроение было испорчено Вовочкой до последней крайности, выразившейся в полном нежелании созерцать эту образину. Называется это – удачно встретить праздник с козлом в огороде, пожирающем чужую капусту. С грацией слона, выписывал он коленца и, прочие танцевальные Па, с конопатой Нонкой и, от захлестнувшего её телячьего восторга, напрочь, забывшей о существовании «любимого Жорика». Всё! Отныне, и вовеки веков – ушла любовь, завяли помидоры! Воистину Козел! Романсы под гитару,...

-Ляля, Ляля!!- вместе с ядрёным амбре подгоревших котлет, донеслось из приоткрытой кухонной двери. – Поди - ка сюда, детка! - кричала Маргарита Игоревна. - Да, что произошло такого экстраординарного, мама?! У тебя пожар? Что ты кричишь, как будто у тебя подгорело? - Типун тебе на язык! У меня ещё ничего не «подгорело!» Я, в своем уме и при памяти! Завтракать пора! Откуда в тебе эта вульгарность? Какая ты, стала невоспитанная девочка! - Издержки производства, мама, и мне совсем не до завтрака! Я...

Никита, походкой, просоленного на семи штормовых ветрах морского волка, на самых малых, держал румб в родную гавань. Настроение опустилось ниже ватерлинии и исчезло под килем, погрузившись в пучину семейных неурядиц. «Надо, набравши поболе воздуха в легкие, мужественно вытерпеть назначенное на сегодня маменькино пАти, густо приправленное мелкими бытовыми баталиями. Знал ведь, чувствовал всеми фибрами морской души, что рано или поздно, кингстоны откроются, и семейная жизнь плавно пойдет ко дну. Она и пошла...

С некоторых пор, любые праздники, будь то чей-то день рождения, кроме, разумеется, своего собственного, тезоименитство или Новый Год, Арина, мягко сказать, не жаловала. Одно и то же, одно и то же! Господа! Это же так скушно и пошло! Особенно удручало пренеприятнейшее обстоятельство, если возникала необходимость что-то, кому-то презентовать. Иностранное слово «корпоративы», вызывало на теле Арины мелкую сыпь в виде «гусиной кожи», и глухое раздражение к сиим «отвязным» посиделкам, после которых...

Редкий, как ископаемый мамонт, без неожиданных звонков вызывающих нервный тик, спокойный воскресный вечер. Никита Таничкин томно потягивался в старинном кресле-качалке, бездумно пялясь в дергающиеся на экране фигуры, и сортировал приходящие в голову мысли на нужные и хорошие, и те, которым приходить в безмятежный выходной совсем не следовало. «Некстати, накануне, приказал долго жить движок на некогда обожаемой юными особами женского пола «вишневой девятке». ***** Чванливый и заносчивый мэтр...

Часть 1 Около часа ночи, громогласное: «Броня крепка, и танки наши быстры…», подбросило с постели спящего младенческим сном Вадима. Ничего не соображающим, испуганным взглядом он уставился на скачущий по столу телефон, словно тот уворачивался от мчащихся по столешнице танков. Вадим буквально приполз с работы, чертовски уставший, и не дождавшись ужина, заснул, завалившись на диван, как уклунок с картошкой. Он не печатно обложил беснующийся телефон, с высветившимся ликом, надоевшего до зубовного скрежета, непутёвого братца, не забыв добавить нелестный эпитет и в свой адрес за забывчивость...