Корни и крылья

Часть 1 Часть 2 Часть 3 А вот ссылка на рубрику с воспоминаниями, она называется «Корни и крылья». Ничего себе, как давно я не писала в эту рубрику! Последний раз мы с вами гуляли по участку моих бабушки и деда в конце сентября! Да, как-то быстро промелькнула очень. И год тоже уже кончается. Почему я вспомнила про эти прогулки? Недавно на годовщину бабы Шуры я вам показывала фарфоровую (или фаянсовую?) собачку без ушей – единственная вещь, которая осталась у меня на память о ней. А давайте, я еще...

Александра Яковлевна Писарькова, моя бабушка по маме и жена моего любимого деда. Я про нее писала уже. Это была первая статья в подборке "Корни и крылья". Личное фото И не думала, что буду вспоминать ее на Дзене вчера. Но сегодня попалась статья автора канала, на который я подписана. Название у канала шикарное просто, хотя я и не люблю это слово. Но здесь оно прямо в точку. Я как увидела это название в комментах к какой-то статье, то просто расхохоталась. Ее канал называется «Захламление и максимализм»...

Предыдущая часть здесь. Итак, калитка с легким скрипом открылась, и мы зашли на участок. По-байроновски наша собачонка Меня встречала с лаем у ворот. На этой фотографии – вылитый наш Буран. Вот интересно, мне всегда казалось, что Есенин имел в виду: даже собака меня не вспомнила и залаяла на меня, как на чужого. А потом один раз наткнулась на противоположную трактовку, второй раз… Мол, раз Байрон любил свою собаку, а она его, значит, «залаяла» на Есенина собачонка радостно, от узнавания. Это при том, что Есенин, например, своего деда не узнал! Эх, дед… Ты бы меня сейчас тоже не узнал...

В прошлой статье мы так и не успели войти в калитку. Значит, самое время это сделать! Наш участок был во второй половине ряда. Не знаю, почему такое название. Возможно, улица имела еще продолжение вторым рядом, и наши «задние» соседи тоже жили на улице Лебедева-Кумача? Вообще, интересно с этими названиями. В подмосковном СНТ, где мы живем, это называется «линия». Итак, в прошлый раз мы от автобусной остановки дошли до улицы, потом до наших тополей вдоль дороги, замешкались на участке за двором, разглядывая посадки...

Что-то мне захотелось вернуться мысленно на участок бабы Шуры и деда Феди в Донбассе и немножко там побродить. Хотите со мной? Итак, это поселок в получасе–минутах сорока на автобусе от Горловки. Он называется «Шахта имени Гагарина», там и правда на расстоянии нескольких автобусных остановок большая шахта. Она раньше называлась «Глубокая», и поэтому поселок в народе носит такое название тоже. «Ты куда?» Да на Глубокую! В домовую кухню за пирожками». Помню я это домовую кухню. Мне очень нравились...

Предыдущая часть здесь. Да, как-то я медленно продвигаюсь. Наверное, пытаюсь замедлиться, побыть еще в этом теплом мире раннего детства в Донбассе. Помедли, помедли, вечерний день, Продлись, продлись, очарованье. Да, Тютчев прямо в точку попал, конечно. Это и правда был такой – хочется написать «замкнутый сам на себя мир», но это будет слишком пафосно и непонятно. А если так? «Это был чудесный хрустальный шар, в котором жило солнце». Нет, так еще пафоснее. Ладно, схватила себя за руку, чтобы не написать что-нибудь слишком сладкое...