Бывальщины

Ещё в советские времена занесла меня судьба по турпутёвке в Индию. (Мы ещё, дорогие друзья, об этом подробно поговорим. Здесь – один из конкретных случаев.) И вот в этой Индии опять всё та же судьба занесла со всей командой на крокодилову ферму. Удивительного немного. Каждый видал крокодила в зоопарке. Здесь они большим числом, сидят в небольшой яме-болотце… Раскроют рты с утра и не закрывают до обеда. Зелёные птички у них в пасти зубочистками работают, бабочки без боязни на нос садятся. И при этом чуть что – мгновенная реакция...

Фёдор сызмальства был охвачен азартом охоты. Всё кого-то ловил, отстреливал, добывал. Сколько им одних крупных зверей было порешено – счёт потерян. Кличку Стрелец он, как медаль, заслужил без всяких намёков на гороскоп. Белке мог глаз со ста метров из строя вывести. Подраненного лося на лыжах мог догнать, с медведем не раз в рукопашной (с одним ножом) судьба сводила. И вот удивление – разом охоту к охоте отсекло. Такого не бывает – гадали его собратья по оружию. Заболел мужик – пройдёт. Не проходило...

Собрались мы как-то с друзьями – Семёном и Витьком, чтобы отметить втроём День Энтузиаста. За окном пасмурный зимний понедельник. А мы всегда энтузиастами были. Без внимания это дело ну никак оставлять нельзя. Так можно всю жизнь на самотёк в канализацию пустить. Сели, смотрим друг на дружку, молчим. Кажется, всё уже о себе и других знаем. Чего зря воздух-то сотрясать. Но для порядка-то надо поднять какой-то философский вопрос. Тут Семён нашёлся: -А давайте я свой любимый анекдот расскажу. Мы с Витьком сразу и обрадовались, что нам говорить не надо: -А давай… -Короче...

-Моя работа судьёй, сопряжена с большими нервными издержками. Порой приходишь домой и не знаешь, в какой угол сунуться, никого видеть не хочешь. И вот в таком состоянии как-то застал меня у подъезда школьный приятель Вася Когтев (в дружеском обиходе – просто Коготь). -Ну ты даёшь. Разве может так выглядеть страж закона. -Как – так? -Ну на весь мир обиженным. Главное – на лице всё написано. Разве могут рядовые граждане спать спокойно рядом с такой удручённой Фемидой. -Побывал бы ты денёк в моей шкуре, запел бы другое, – отвечал я на его разглагольствования...

-Ненавижу эту деревню! Как зашлют меня туда на каникулы, так хоть вой! У всех дедушки, как дедушки, радуются, что внук их не шалит, не безобразит, смирненько у компа посиживает. А моему всё время надо меня с экраном разлучить. Гиподинамия ему не нравится. То грабельки подсовывает, то колун, чтобы моё кровообращение разогнать. У меня на это, конечно, свои хитрости имеются: то рука заболит, то нога занемеет... Дед в ответ сладкого лишает для баланса углеводов… Словом, не дружно живём. А тут он в новостях насмотрелся модной городской субкультуры – квадроберы...

— Вот ты меня ягодником называешь. А раньше так пироги с ягодной начинкой звали. И клюквенники среди них встречались особенно часто. Хранить эту ягоду проще, и кислинка в ней многими особенно ценилась… Я всё время запасал клюкву на пироги, но уж второй год: то недосуг, то нездоровье… А в этом году жара стояла, солнца на болоте много, но ягоду, смотрю, всё несут белую. Это те, кто клюквой промышляет, заготовляет на сдачу. Мой приятель Павел специальный драндулет купил на широких колёсах (каракатом или каракатицей его называет)...