Моя книга

Мария Александровна любила готовить. Готовить и вкладывать всю душу в каждое действие. Так было всегда. Даже когда уставала и готовила какими-то невероятно огромными количествами. Всегда самым главным ингредиентом была и есть любовь. Сегодня она случилась очень трепетной и постоянно всплывали какие-то воспоминания из непростой жизни в прошлом. Маруся плелась по трассе без единой мысли в голове. Час ночи. Она уже далеко за городом. По обочине и с одной и с другой стороны растут могучие молчаливые высокие тополя...

Какая-то реклама всё это время с пожара и до Нового года шла по авторадио –Йоооохууууууу, с высоких и на низкие буух протяжно. Я иногда закрывала глаза и ощущала почти физически , как без страховки я лечу в банджи-джампинге и ору это «йоху» вместо тысячи матерных слов от страха и прям горловым пением пропевала вслух эти четыре буквы. Мы рухнули в такси и йоооохуууу… Баня. Большая. Раздевалка, дальше огромная бильярдная, с музыкой, торчащими головами убиенных животных, жёсткая шерсть огромной головищи кабана почему-то наводила на мысль о его смерти пару веков назад...

Переезд. В двух комнатах есть обои, линолеум. План: жить в этих комнатах всем вместе. Георгий решает жить на втором этаже. Второй этаж представляет собой огромную площадь над всем первым. Посередине стоит циркулярка. Делаем лестницу. Лестница – всего лишь металлический каркас. В правом углу на втором этаже кууууучааааааа пакетов с вещами. Мы их начали перевозить с каждой поездкой домой из квартиры. Я, пережившая четырнадцать переездов, отлично понимала, за один раз всё перевезти, просто умереть не встать...

Как я не сошла с ума , не знаю. Я начала выпивать. Каждый вечер три раза по грамм двадцать водки. Бутылки хватало на неделю или чуть больше. Первые дни я присела на валидол, потом заменила… Через несколько дней наши утра подкорректировались нашей усталостью и сначала мы провожали детей в школу, собирали Гришульку, отвозили Сашу домой, потом я ехала на Машмет встречала узбеков. Эти друзья стабильно , ежедневно задерживались от пятнадцати минут до тридцати. Я стояла ждала. Иногда Гриша просто сходил с ума от ожидания, иногда сидел тихонько игрался...

Вы слышали когда – нибудь вой раненого зверя обречённого на смерть? Ушёл в недостроенный сарай, упал на колени мой муж и начал выть и раскачиваться из стороны в сторону… Это жутко слышать и страшно видеть. А потом мы обнялись и так на коленях чуть не сошли с ума от горя. Но мы уже были вместе. Чего не хватало у одного, то отдавал по умолчанию другой и наоборот. Мы жили и дышали друг другом. Если бы кто – то не вдохнул, другому не чем было бы выдохнуть. Что – то бормотали в ухо шёпотом, чем-то пытались...

У пожарных закончилась вода. Покатались по СНТ, не нашли. Вызвали ещё машины. Вероятно тоже неправильно назвали адрес, ибо ехали их коллеги так же долго. Старший звонил, кричал, ругался-матерился. Меня опрашивал дознаватель. Симпатичный, хороший, добрый, участливый. Сколько он видел? У нас хоть трупов нет. О чём я думаю… Подходил пожарный: - Как вы себя чувствуете? Вам может врача? Не очень понятно, зачем мне доктор. ТанюшаТ потом рассказывала, что когда я начала смеяться, она испугалась , как бы разум не ушёл от меня в далёкие дали через близкий лес...