Ведьмин схорон

Начало Рассвет, забрезживший над деревней, озарил сады и рощу румянцем зари, позолотил крыши домов и гладь реки, так, что стала она словно чистое золото, проник лучами в самую глухую лесную чащу и на топкие болота, рассыпал по ним мшистые ковры из чистого изумруда, ласково заглянул в окошки домов, пробежался по половицам, защекотал реснички спящих ребятишек, будя их и зовя за собою – играть, радоваться новому дню, веселиться, покуда не кончилось ещё лето красное и не пришла на землю осень багряная с листопадами шурчучими, холодами холодучими, дождями затяжнучими...

Начало Иван всем нутром своим ощутил тяжёлую поступь старухи, каждый шаг давался ей с трудом, она тряслась от ярости, что добыча её, такая желанная и вкусная, оказалась не так проста и устроила ей испытание, прознав откуда-то про то, как можно укрыться от неё, отгородиться светом свечи из младенческого жира. Человек нашёл и руку висельника, и похоже намерен победить её, древнюю и могучую Лихоманку, сидевшую столько лет взаперти по вине мерзавки-ведьмы, сковавшей её словами заговорными, монетами откупными, грамотой рукотворной, заковавшей её в ларец, как в домовину...

Начало Погост, с трёх сторон сокрытый обступившим его лесом, а с четвёртой дорогой, уходящей к деревне, стоял торжественный и строгий, величественный в своей простоте и святости. Ибо всё, связанное со смертью очищается и переходит в иной мир, отличный от нашего, где правят иные ценности, царят иные правила, и движут всем иные силы. В гробу уравниваются промеж собою и раб и господин, и царь и холоп, и нищий и богатый, и знаменитый и неизвестный. Смерть приходит ко всем одинаково, никому ещё не удавалось откупиться от неё...

Начало Иван проснулся с тяжёлой головой, почти на закате, когда красное солнце уже опалило багровым светом крыши домов. Голова гудела так, словно накануне он угостился спотыкачем деда Мартына, а уж его спотыкач славился далёко за пределами их деревни – лёгкий, сладкий с густым ароматом вишни, пился он, что колодезная вода, но опосля брал так, что мало не покажется. Душа раскрывалась всеми мехами наружу и начинала играть гармоникой, а ноги сами шли в пляс. И что интересно, никто с того спотыкача не хулиганил, не дрался, то ли дед слово знал особое, то ли рецепт тайный...

Начало Измученный бессонными ночами, воздействием проклятого символа, коим пометила его Лихоманка, и который испепелял его тело, вымотанный отчаянием и страданием, переживаниями по поводу Лидушкиной свадьбы с Матвейкой-дурачком, Иван почти не ощущал сейчас страха. Да и чего бояться в самом-то деле? Сгнившего от времени мертвеца под камнем? Что он ему сделает? В конце концов, Иван парень не хилый, сейчас, конечно, потрёпанный хворью, но всё ж таки сил на то, чтобы справиться с покойником у него хватит...

Начало Деревня жила своей жизнью, всё кипело вокруг, и Ивану удалось дойти до леса незамеченным. Весь люд занят был своими делами. Да и то может на пользу, что кузня-то сгорела, Господи прости, хошь ни у кого не вызовет подозрения, что кузнец местный снова не работает. С такими мыслями Иван шагал по лесной тропке, не замечая ничего вокруг. А посмотреть было на что. Лес зеленел и кудрявился, цвёл пёстрыми лоскутами полян и алел красными бусинами ягод, то выглядывающих, то вновь прячущихся тут и там...