Александр Жибров
Отдельный разговор про эскадрилью МиГ-25. Звали мы их «космонавтами», все таки ближе к космосу летали. Самыми молодыми там были наши выпускники Барнаульского ВВАУЛ 74 года. Но даже три года разницы между нами в то время, казалось довольно много. Конечно, они были опытней в сравнении с нами, молодыми. Это сейчас, в 2000-х, три года разница почти ничего не значит, а тогда…
МиГ-25 (как для меня и сейчас) вызывал уважение. Ну а в классе вид летчика в ВКК и ГШ просто приводил в восторг. Не знаю почему, но больше всех запомнился Миша Кукушкин, когда в раздевалке 1-й АЭ он переодевался, вернее «его одевали».
Небольшого роста, крепкий, ему тяжело давалось переодевание. Пока шел этот «процесс», розовые щеки становились пунцовыми и облачась в «доспехи» Миша шел к самолету. Частенько рассказывал про полеты, был общительный, веселый. Напористый. Наверно так и запомнился хорошо.
А если честно, вспомнив «первую АЭ», перед глазами всегда Юрий Андреевич Крейс.
Он был просто образцом – во всем!. Хороший летчик, пунктуальный, знающий, отлично во всем разбирающийся. С ним было просто интересно находиться рядом, слушая его всегда удивлялся правоте и точности всех обсуждаемых вопросов. Он был интересен всегда, честно. Потом мы были молодыми, зелеными и, конечно, приятно, когда чувствовалось нормальное, уважительное отношение от более опытных и старших товарищей. Летал отлично, а его слово, касающееся полетов или отдельных вопросов, никогда, в принципе, не оспаривалось.
Маленький штрих к его портрету - на строевых смотрах наши сапоги гармошкой у большинства летчиков просто не вписывались в его «отполированные», без единой морщинки (можно было использовать как зеркало) сапоги! Ни одно построение не обходилось без шуток, а он всегда отшучивался:
- Ничего не делал, такие на складе выдали!
Боря Ямушев (вместе жили в холостяцкой квартире), небольшого роста, худенький, живой и энергичный. В его обязанность входила «доставка» периодически емкости с «массандрой» (в основном ее содержимое предназначалось для гостей). И когда Боря шел, «слегка» накреняясь от тяжести штурманского портфеля, от автобуса к дому, всегда хотелось помочь. Помнятся его «уроки» на кухне.
Как-то сидим с Витей Мариевым , ужинаем «чем бог послал» (а послал тогда бог банку литровую икры, отварили риса, причем и он и я первый раз его варили, сидим). Боря пришел с полетов, выпили по сто грамм, и его потянуло на разговор:
- Эх, молодежь, не знаете что такое полеты…
И начался разговор про «космос»… Мы, конечно, говорим, что на «Яке» все равно интересней, все же ближе к земле и потом задаем вопрос – «а в чем же прелесть полета на Миг-25»? Боря задумался. Потом говорит с таким кайфом в голосе, так мечтательно:
- Летишь, а на указателе скорости 2.5…прибавил форсажа и уже 2.8!!!
Процесс подготовки к полетам в эскадрильи был сведен к минимуму (я имею ввиду документацию). Программы, карты у всех всегда под рукой. Когда они перешли в новый класс на тренажере, то оборудовали его очень хорошо.
Вся «теория», необходимая на зачетах, была на стендах и сдача любой проверки проходила на «ура»! Времени у них свободного было больше, поэтому сделали себе летний класс, даже грядки разбили с арбузами и дынями.
Причем никого не надо было заставлять, в этом плане они сами искали себе работу.
А канцелярию оборудовали с учетом специфической особенности «спиртоносцев». Сам убедился. Субботник. Как положено в эскадрильи отмечаем это дело.
Но…проблема возникла. Закончилось. Всеволод Иванович вышел на пару минут и зайдя обратно говорит мне, т.к. сидел с края за столом:
- Возьми банку (3л), там Лопатин ждет. Сходи. Принеси. Быстро!
Выхожу, иду с Толей на тренажер. Подходим к двери канцелярии. Толя принимает «строевую стойку» (а они тоже празднуют), стучится. Заходим.
- Разрешите товарищ командир?
Щербинин за столом, читает бумаги.
- Я на минутку, бумаги возьму!
- Бери.
Подходим к полированной стенке, где написано название звена. Толя берет ключик, открывает. Внутри, помимо бумаг, летных книжек и других мелочей, сбоку вмонтирована канистра на 20л. Специальный механизм для наклона емкости…
- Подставляй…. не разлей… хватит?
- Разрешите идти, товарищ командир?
- Идите!
Предыдущая часть:
Продолжение: