Ключ не входил в замок. Марина вытащила его, посмотрела на ключ. Сунула обратно — не идёт. Личинку поменяли. — Серёж, — позвала она в пустой подъезд, хотя в час дня мужа дома быть не могло. Дверь открылась сама. На пороге стояла Лариса в её, Маринином, халате цвета топлёного молока — длинном, шёлковом, который Марина надевала только после ванны. — Заходи, — сказала Лариса. — Я думала, мама приехала. Марина ступила в прихожую. Чужие зимние ботинки Игоря стояли там, где обычно жили её замшевые лоферы; лоферы лежали на полке для шапок...