В машине было бы тихо, если бы Руслан не тараторил, припомнив худшие слова, слышанные от отчима. Он несколько раз хотел ударить по спинке его сидения (Руслан сидел позади, его мама и Алибек впереди), но...

В тот вторник я поймала себя на том, что уже двадцать минут разглядываю тусклое пятно на обоях в прихожей. Там раньше висело овальное зеркало, которое Вадим забрал при переезде. На пустой стене остался кривой сероватый след. В свои пятьдесят семь лет я точно уяснила: жизнь не ломается с треском, она просто осыпается мелкой известковой пылью под ноги. Муж ушел тихо, оставив на столе два комплекта ключей и початую пачку таблеток от давления. Оказалось, что тридцать лет совместной жизни значат меньше, чем гладкая кожа двадцативосьмилетней секретарши с его работы...