— В своей квартире будешь командовать, а из жилья моего сына выметайся! Ася вышла из кабины лифта на своём этаже и просто не поверила глазам. Прямо на бетонном полу лестничной клетки валялся её зимний пуховик. Тот самый, тёмно-синий, купленный в конце прошлого сезона на распродаже. Чуть дальше, возле электрического щитка, сиротливо лежал спортивный рюкзак. Из полуоткрытой молнии жалко торчал рукав домашней серой кофты. Из открытой двери квартиры спиной вперёд тяжело вывалилась Раиса Петровна. Свекровь громко дышала...

Вера стояла перед стареньким трюмо, вглядываясь в свое отражение. В свои пятьдесят два года она давно перестала ждать от жизни чудес или сказок. Обычная женщина, каких миллионы. Вся ее жизнь состояла из привычного маршрута: дом – работа в детском саду – продуктовый магазин – дом. По выходным – поездки на дачу, где на четырех сотках она с любовью выращивала помидоры и огурцы, чтобы потом всю осень крутить банки на зиму. Муж ушел от нее пятнадцать лет назад. Ушел банально, к женщине моложе и ярче, бросив на прощание обидное: «С тобой скучно, Верка...

Нина сложила полотенце вчетверо и повесила на крючок у раковины. Ровно, как всегда. Край к краю. Геннадий сидел в комнате и говорил по телефону. Голос был громкий, уверенный, с теми интонациями, которые появлялись у него только при разговорах с матерью. Нина слышала каждое слово через тонкую стену панельной двушки. – Мам, ну я тебе говорю: квартира общая. Мы в браке двенадцать лет. По закону всё пополам. Она закрыла кран. Вода перестала шуметь, и стало слышно, как он хрустит пальцами. Привычка, от которой она просила его избавиться ещё на втором году совместной жизни...