Борис Седых

Памяти друга В начале марта Сергей приехал в Санкт-Петербург прямо с дачи, из подмосковной деревни Сонино, проездом в Мурманск к старшей дочери и единственному внуку. Тем не менее оказался у Борисова на «юбилее». Боря не собирался отмечать. Не заработал на стол – значит, одиночество вполне его устраивает. Живёт скромно, и чувство собственной значимости давно растерял за ненадобностью. Красоваться перед друзьями, которые в любой момент оставят тебя и займутся собственными делами, ни к чему. Сергей...

Очень часто в компании подвыпивших мужчин спонтанно возникает необузданное желание продемонстрировать залихватскую удаль и закончить очередной тост троекратным «Ура!». Причем в компании всегда найдется баламут, который будет подсказывать, как конкретно нужно провозглашать это самое «Ура». А зря, не нужно ничего выдумывать – всё уже придумано до нас. Согласно Уставу гарнизонной и караульной службы, а также Корабельному уставу, восклицание «Ура» произносится протяжно, перекатами, и никакой другой трактовки не существует...

Крейсер «К-279» вышел на боевую службу из Гремихи в первых числах сентября. Нервозность первых дней под водой устаканилась, начался размеренный рабочий ритм несения боевой службы. Андрей Борисович, старший лейтенант, командир турбинной группы, зашёл в гиропост будто чаю попить, а на самом деле — в компьютерные игрушки погонять. Пригласил его командир электронавигационной группы Борисов в благодарность за внеочередную помывку в тамбур-шлюзе. Странная дружба между штурманом и турбинистом. А куда денешься?...

Перед выходом в море на задачи на политзанятии возникла пауза — потерялся вновь назначенный замполит. Перевели его с надводного корабля после академии с целью «понюхать порох» спёртого воздуха. Не иначе. За первые сутки на подводной лодке он успел настроить против себя практически весь экипаж. Учил порядкам, заведённым на надводных кораблях, белоснежную свою фуражку размером с маленький аэродром снимать в лодке не захотел, переборочными дверьми хлопал со всей дури. Да мало ли что ещё? Подводники народ привередливый, требуют уважения к себе...

В центральном пошёл доклад акустика: шум торпеды постепенно смещался в сторону шумов цели. А значит, торпеда, как минимум, в сторону цели пошла. Стало быть, и наведётся благополучно. – Всем спасибо. Все свободны, – лёгкий поклон в сторону команды. – Молодцы. Хорошо отработали. Аппарат в исходное. «Всё. Можно расслабиться и спокойно заканчивать отчёт», – наивно подумал минёр. Минут через десять-пятнадцать всплыли в надводное. А ещё через пять по «Каштану» прохрипело: – Командиру БЧ-3 подняться на мостик! «Интересно, зачем? Торпеду ведь искать не надо», – удивился минёр и начал одеваться...

– Командиру БЧ-3 прибыть в центральный пост! – грозно пробасил «Каштан». «Началось в колхозе утро», – подумал минёр и с грустью вылез из удобного кресла на торпедной палубе первого отсека. – Таищ командир! По вашему приказанию прибыл. – Минёр, завтра после обеда выход на стрельбу… – Знаю, тащ командир, с утра погрузка практики… – Не перебивай. Прогноз отвратительный, волнение до пяти баллов. Но перед боевой службой задачу сдать надо. – Раз надо – сдадим. У нас же НТ-2. – Ты не понял? Торпедолов при таком волнении не выйдет...

Сегодня день памяти Георгия Михайловича Егорова (2008) — адмирала флота, Героя Советского Союза, командующего Северным флотом (1972-1977), начальника Главного штаба ВМФ, первого заместителя главкома ВМФ (1977-1981). Его памяти сложена эта легенда времён середины 70-х. Чаще всего командующий флотом летал в Москву самолётом, собственным бортом. Но это по вызовам в Главный штаб, а в отпуск предпочитал ездить поездом, любимой «Арктикой» в вагоне СВ. Обычно адъютант выкупал и второе свободное место, чтобы покой адмирала в пути не нарушило ничьё присутствие...

В Советском Союзе паспорта выдавали молодым людям в 16 лет, то есть ещё во время обучения в школе. И с того момента они становились полноправными членами общества, хотя юридически возраста совершеннолетия ещё не достигли. С гражданскими всё понятно, а как обстояли дела у военнослужащих? О, здесь всё было очень непросто! Когда по достижении 18 лет молодого человека призывали на службу или он поступал в военное училище, полученный паспорт у него изымали, а взамен выдавали военный билет, который по задумке становился эквивалентом паспорта...

Сколько написано об этом удивительном человеке, но не устанет перо. Напишу вновь. Бывают люди, чьи звания и должности забываются первыми. Остаётся имя. Простое, родное, без чинов и регалий. Для нас, гремиханцев, вице-адмирал Александр Михайлович Устьянцев навсегда остался дядей Сашей. Это не панибратство. Это точное определение сути человека, который с 1973-го по 1988-й, командовал нашей 11-й флотилией — огромной, сложной, атомной. Время было особенное: холодная война, бесконечные походы под паковые льды, напряжение, которое чувствовалось в каждом отсеке...

29 января — день, который автомобилисты и подводники могут отмечать вместе. Первая дата — международная. В 1886 году Карл Бенц получил патент на свой Motorwagen. Через десяток лет некий Уолтер Арнолд, пронесшись по Ист-Пекхаму со скоростью 13 км/ч, стал первым в истории оштрафованным за превышение. Забавно, что сегодня такая скорость показалась бы нам смешной))) Вторая дата — наша, родная. В 1932-м с конвейера Горьковского автозавода сошёл первый грузовик ГАЗ-АА. Легендарная «полуторка», самый массовый советский автомобиль первой половины века...

Все без исключения корабельные офицеры и мичманы, имевшие в подчинении личный состав, неустанно боролись с «годковщиной» (в армии – «дедовщиной»). Если коротко, это делегирование старослужащими своих должностных обязанностей более молодым. Явление вредное: оно порождает у молодых матросов чувство несправедливости, подрывает авторитет командиров и замполитов. Нам объясняли, что истоки годковщины уходят в историю и связаны с отложенной демобилизацией фронтовиков после Великой Отечественной войны...

В четверг Борису Борисову пришлось выйти из зимней спячки. Повод печальный — боевую подругу друга хоронили. Давно известна истина: за каждым успешным мужчиной незаметно стоит его женщина. Друг осиротел. Переживания не заставили себя долго ждать. Ночью у самого случился гипертонический криз. Утром чувствовал себя отвратительно, но держался. Звонок в «скорую» ознаменовал начало Дня штурмана. В приёмном покое Александровской больницы Борисов вспомнил похожее событие трёхлетней давности... Тогда он пришёл...