8 подписчиков
"Изменить будущее". (снова про психо-физические эксперименты в институте КГБ)
- Я тоже читал отчёт Франка. И по мне так он сработал, как настоящий профессионал. Вы же сказали, что на контрольные сигналы организм Дрозда отреагировал адекватно.
- Да, реперные точки соблюдены.
За больше чем десять лет лонгитюдных исследований, когда одни и те же объекты изучались в течении времени, за которое эти объекты успевали поменять свои существенные признаки, Полякова привыкла понимать испытуемый объект и предсказывать его реакции. Не в данном случае, как оказалось. «Может быть», - думала она, - «это происходит от того, что объект начал испытания в подростковом возрасте?», но по её расчётам должно было происходить абсолютно наоборот, и это её вводило в ступор.
- Я оставлю отрицательный отзыв, - сказала она.
- А я отстраню вас от работы с этим объектом, - сказал куратор.
- Вы не можете! Он мой! – Воскликнула Марина Петровна.
- И что вы с ним будете делать? В лаборатории испытывать? Не получится. Вы сами знаете, объекту необходима динамика и постоянный тренинг рецепторов. Вы сами это говорили. У него программа, Марина Петровна. И её нельзя изменить. Сбой в программе может привести к непоправимому. К его разрушению. Мы и работу не сделаем, на которую потратили уже несколько лет подготовки, и загубим ценный экземпляр.
Полякова махнула рукой.
- Ах! Делайте что хотите…
- Всё по плану… Всё по плану, товарищ полковник, и ни полшага в сторону.
- Всё понятно…
- Он и сейчас под программой живёт? – Спросил куратор.
- В программе, товарищ генерал. В матрице.
- Интересно, как это? – Почти прошептал куратор. - В матрице…
- Не все в неё входят, - так же тихо проговорила Полякова, - и ещё никто не выходил.
И она была права. В той жизни меня вытащили из такой большой «Ж» только спасибо «куратору». Мне сломали программу и я, хоть и не без потерь для головы, смог приступить к «новой жизни». Сейчас, во-первых, я сам загнал себя в такие дебри, что вряд ли кто из специалистов вытянет меня оттуда, а во-вторых, я не видел конечные коды, и коды выхода. Возможно, его и вовсе не было.
Я рассчитывал выскочить из матрицы на грани. Плохо то, что те коды, которые я видел и знал, я не знал, когда и в какой последовательности они «стрельнут» и что мне придётся делать, когда они «стрельнут».
Плохо ещё то, что с каждым выполненным мной заданием, я привыкал подчиняться матрице. В Лондоне я своевольничал не потому, что мне хотелось покуролесить, а потому, что я вдруг понял, что могу раствориться во втором себе.
***
Я не рефлексировал о гуманности моего «зомбирования». Я давал добровольное согласие и подписку на использование меня, как «человеческого материала под контролем» и тот раз и этот. Просто этот раз я надеялся несколько иначе эксплуатировать свои возможности, что пока у меня получалось, но контролировать разум без ежедневных тренировок было сложно.
***
2 минуты
14 мая 2023