Neue Zürcher Zeitung | Швейцария
Семейные и деловые связи в окружении Трампа все чаще определяют внешнюю политику США, пишет колумнист NZZ. Критики уверены, что кумовство в Вашингтоне усиливает конфликты интересов и снижает доверие к мирным переговорам.
Брахма Челлани
Эффективная дипломатия держится на доверии, последовательности и ориентации на национальные интересы. Закулисная коррумпированная дипломатия администрации Трампа не дает ничего из перечисленного и только вредит США.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
В большинстве демократических стран глава государства, делегирующий решение крайне деликатных дипломатических вопросов членам семьи и деловым партнерам, вызвал бы возмущение. Однако президент США Дональд Трамп практически не встретил заметного сопротивления. Его кумовство повсеместно преуменьшают и снисходительно называют всего лишь "отступлением от нормы". Однако долгосрочные последствия такой политики, вероятно, окажутся тяжелыми.
"Хотите прямую войну с Россией?" Москва предупредила. Теперь дело за США
Вместо того чтобы опираться на госсекретаря и профессиональный дипломатический корпус, Трамп передал ключевые дипломатические задачи главным образом своему зятю Джареду Кушнеру и своему деловому партнеру, манхэттенскому магнату в сфере недвижимости Стиву Уиткоффу.
В первый срок Трампа Кушнер работал старшим советником и отвечал за посредничество при заключении Авраамских соглашений между Израилем и четырьмя арабскими государствами. Теперь он, как и Уиткофф, получил статус спецпосланника по вопросам мирного урегулирования.
Вопиющий конфликт интересов
Вместе Кушнер и Уиткофф фактически возглавляли переговоры по Украине, Газе и Ирану. Ни у одного из них до назначения не было дипломатического опыта, однако именно им Трамп поручил разбираться с одними из самых сложных и судьбоносных внешнеполитических вызовов нашего времени. При этом оба провоцируют явные конфликты интересов.
Начнем с Уиткоффа. В прошлом году Пакистан подписал спорное инвестиционное соглашение с World Liberty Financial (WLF), криптовалютной компанией, гендиректором которой является сын Уиткоффа Зак Уиткофф. Контрольный пакет WLF принадлежит семьям Трампа и Уиткоффа. В январе дочерняя структура компании заключила с Пакистаном еще одно соглашение — на этот раз о внедрении стейблкоина компании для трансграничных транзакций.
Однако Пакистан также стал площадкой и в определенной степени посредником для контактов между Соединенными Штатами и Ираном. Когда одни и те же люди в одном и том же месте обсуждают геополитические решения и параллельно присматриваются к деловым возможностям, дипломатия начинает напоминать базар: доступ, влияние и прибыль оказываются тесно переплетены.
Кушнер, в свою очередь, после ухода из администрации по окончании первого срока Трампа основал инвестиционную компанию Affinity Partners и привлек от монархий Персидского залива миллиарды, в том числе около 2 миллиардов долларов из суверенного фонда Саудовской Аравии. Иными словами, Кушнер зависит от капитала этой страны. Тем не менее ожидается, что теперь именно он будет вести переговоры с Ираном о деэскалации напряженности — несмотря на сообщения о том, что наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Салман подталкивает Трампа к продолжению боевых действий.
"Мы нанесли сокрушительный удар Америке": в Тегеране подвели итог войны
И речь идет не только об Иране. Представленный Кушнером в январе прошлого года в Давосе план "новой Газы" вызвал широкую критику. Его называли "дипломатией недвижимости", потому что он фактически превращает восстановление региона в коммерческий проект, игнорируя вопросы суверенитета и прав.
Личные интересы Кушнера и Уиткоффа, а также их слабый внешнеполитический опыт объясняют, почему Трамп не назначил их на официальные дипломатические должности. Спецпосланникам не нужно проходить слушания в Сенате, и на них не распространяются требования по раскрытию информации, этические нормы и контроль со стороны Конгресса, которым подчиняются профессиональные дипломаты. Поэтому Кушнер и Уиткофф могут за закрытыми дверями влиять на решения и вести переговоры от имени США, не неся за это публичной ответственности.
Разумеется, Кушнер и Уиткофф далеко не единственные, кто извлекает выгоду из близости к Трампу. Известные союзники и инвесторы, например, Ларри Эллисон из Oracle, получили огромную прибыль благодаря вложениям в компанию TikTok, контрольный пакет которой находится в руках американских владельцев. К ее созданию Трамп фактически вынудил китайскую материнскую компанию — якобы из соображений национальной безопасности.
Кроме того, сыновья Трампа — Эрик и Дональд-младший — недавно присоединились к компании Powerus, работающей с беспилотниками. Теперь они пытаются продавать государствам Персидского залива системы защиты от дронов, чтобы отражать удары Ирана, которыми страна отвечает на боевые действия, разворачивающиеся при участии их отца. Стартап в сфере робототехники Foundation Future Industries, где Эрик выступает главным стратегом, недавно получил контракт от Пентагона на 24 миллиона долларов.
Своего рода смирение
Теперь появляются сообщения и о возможной торговле с использованием закрытой информации в связи с конфликтом вокруг Ирана: незадолго до публичных заявлений Трампа, способных заметно раскачать рынки, проводились масштабные сделки. Однако американская публика, то ли с притупившейся чувствительностью к нарушениям правил со стороны Трампа, то ли просто не успевая за темпом и масштабом происходящего, почти не реагирует на такие новости. Скандалы, которые погубили бы любую прежнюю администрацию США или хотя бы немедленно запустили расследования, при Трампе стали обыденностью.
Республиканская партия, которая потакает каждой прихоти Трампа и оправдывает каждое его нарушение, контролируя при этом обе палаты Конгресса, ощутила своего рода смирение. Но по мере того, как возмущение утихает, ослабевает и сдерживающая сила политических норм. Злоупотребления становятся все более откровенными и все более возмутительными, а доверие — все более хрупким. Даже если фаворитам Трампа удастся добиться мирного соглашения, оно все равно вызовет подозрения: любая уступка неизбежно поднимет вопрос, кто на самом деле остается в выигрыше, а кто проигрывает.
Это подрывает не только конкретные договоренности, но и более широкую роль США как мирового лидера. Когда внешняя политика Соединенных Штатов начинает строиться на личной лояльности, неформальных связях и частной выгоде, исчезает сама основа доверия к США как к надежному партнеру, добросовестному переговорщику и защитнику верховенства закона. Восстановить это быстро не получится.
Паломничество во Флориду
Тем временем иностранным правительствам, если они хотят влиять на американскую политику или обеспечить геополитическое сотрудничество с США, приходится заботиться о том, чтобы Трамп оставался в финансовом выигрыше. Нигде это не проявляется настолько явно, как в так называемом Совете мира Трампа — заявленной альтернативе Организации Объединенных Наций. Постоянное место в этом совете стоит один миллиард долларов. Но речь скорее не о многостороннем институте, а о геополитической "франшизе" по принципу "плати — и играй". И некоторые страны, похоже, готовы раскошелиться, лишь бы сохранить благосклонность президента США.
"Это будет катастрофой для США". Бег с препятствиями для них только начался
Другие партнеры, стремящиеся воздействовать на американскую политику, отправляются в резиденцию Трампа Мар-а-Лаго во Флориде, которую он все чаще использует для официальных дипломатических встреч. И, конечно, есть те, кто приезжает туда, чтобы участвовать в инсайдерских сделках и заключать договоренности с ближайшим окружением Трампа. А конфликты тем временем продолжаются, унося человеческие жизни и обходясь экономике все дороже.
Защитники Дональда Трампа утверждают, что нестандартные игроки способны добиться прорыва там, где привычные методы бессильны. Но дипломатия — это не только заключение сделок. Она требует доверия, предсказуемости и ясной ориентации на национальные интересы. Персонализированная, непрозрачная и продиктованная личными интересами закулисная дипломатия, которую ведут Кушнер и Уиткофф, не способна обеспечить ничего из этого. Зато она вполне может — и будет — приводить к тому, что к США станут относиться с меньшим уважением и доверием, а их внешняя политика будет терять результативность.
Еще больше новостей в телеграм-канале ИноСМИ >>