Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Morrissey - Make-up is a Lie 2026

Мозфазер с головой уходит в синтезаторное звучание в своем обновленном, хотя и привычно язвительном и меланхоличном возвращении. Спустя шесть лет, громкую тяжбу с лейблом Capitol Records и один отложенный в долгий ящик студийный альбом (скандальный Bonfire Of The Teenagers («Костер из подростков»)), Morrissey преодолевает бойкот со стороны «каждого крупного лейбла в Лондоне», о котором он сам же и заявлял, и наконец выпускает новую, четырнадцатую по счету пластинку. Фотография на обложке излучает абсолютный триумф, а сама запись — это возвращение к форме, как минимум уровня альбома Years Of Refusal («Годы отказов») 2009 года, и на ней есть не менее впечатляющие моменты. В течение последнего десятилетия он неуверенно заигрывал с электронными текстурами, но здесь погружается в них целиком и полностью. В нетипичной открывающей композиции You’re Right, It’s Time («Ты прав, время пришло»), одновременно жизнелюбивой и по-дискотечному готичной, певец напоминает архетипичного стареющего рокера

Мозфазер с головой уходит в синтезаторное звучание в своем обновленном, хотя и привычно язвительном и меланхоличном возвращении.

Спустя шесть лет, громкую тяжбу с лейблом Capitol Records и один отложенный в долгий ящик студийный альбом (скандальный Bonfire Of The Teenagers («Костер из подростков»)), Morrissey преодолевает бойкот со стороны «каждого крупного лейбла в Лондоне», о котором он сам же и заявлял, и наконец выпускает новую, четырнадцатую по счету пластинку. Фотография на обложке излучает абсолютный триумф, а сама запись — это возвращение к форме, как минимум уровня альбома Years Of Refusal («Годы отказов») 2009 года, и на ней есть не менее впечатляющие моменты.

В течение последнего десятилетия он неуверенно заигрывал с электронными текстурами, но здесь погружается в них целиком и полностью. В нетипичной открывающей композиции You’re Right, It’s Time («Ты прав, время пришло»), одновременно жизнелюбивой и по-дискотечному готичной, певец напоминает архетипичного стареющего рокера, решившего попробовать свои силы в электро-попе. Однако вскоре он переходит к выразительным атмосферным синтезаторным пейзажам. Они идеально подходят для утонченных историй о трагедии и одиночестве в Париже (песни Notre-Dame («Нотр-Дам»), Boulevard («Бульвар») и заглавный трек), а также для захватывающего кельтского боевого фолка в Many Icebergs Ago («Много айсбергов назад»), где полем битвы становится личная жизнь самого Моззера.

Проговая интерпретация песни Amazona («Амазонка») группы Roxy Music заходит слишком далеко — кислотное кантри? Регги в стиле Заппы? Тем не менее, одни из самых цепляющих треков за последние годы с лихвой компенсируют эти музыкальные вольности. Композиция Zoom Zoom The Little Boy («Вжик-вжик, маленький мальчик») отдает дань уважения поп-музыке девичьих групп 1960-х годов и юношескому увлечению автора вегетарианством. Издевающаяся над музыкальной индустрией песня The Monsters Of Pig Alley («Монстры со Свиной аллеи») — это первоклассный джангл-поп в лучших традициях The Smiths. А кантри-фанк The Night Pop Dropped («Ночь, когда рухнула поп-музыка») и похожая на творчество The Killers композиция Kerching Kerching («Дзынь-дзынь») наносят опьяняющий мелодичный удар «двоечкой».

Mark Beaumont / Classic Rock UK # 352 May 2026