Я всегда говорю, что не дом красит человека, а человек дом!
Так вот, очаровательный особняк, миновать который нельзя, если ты гуляешь от м. Боровицкая, всегда привлекал мое внимание.
Но! Так как я плохо отношусь к художникам Лужковской эпохи, то «Галерея Шилова» отвращала меня от особняка, считая его кичевым новоделом и рассказ о нем пустопорожней болтовней.
Как же я был не прав! Меня стоит наказать за снобизм и неуважение к предкам и предвзятое мнение о современниках. Горе мне!
Я исправлю свою ошибку! Вот рассказ о замечательном прекрасном и историчном особняке на углу Знаменки и Моховой.
Вот такой красавец! Но меня заинтересовала история владельцев этого участка. Ныряем вглубь веков, во времена Смуты и первых Романовых.
Перед вами карта Москвы 1810 года, на более ранних картах что-либо разглядеть невозможно, это карта французского генштаба, которую они готовили к войне 1812 года. То есть шпионская карта, а значит самая лучшая, я ей пользуюсь постоянно, чтобы проверить правдивость исторических сведений или представить масштаб участков или изменений.
Красный параллелепипед – это усадьба Прозоровских, прямо перед ней церковь Николая Стрелецкого на Волхонке, сейчас вместо неё новодельная часовня, а для ориентации Дом Пашкова, он остался неизменным с тех пор.
Так вот на этом участке с середины 17 века вольготно расположилось семейство князей Прозоровских. Все отмечают этот факт, но давайте копнем глубже, но не очень.
Род Прозоровских восходит к Ярославским Рюриковичам. Выводящие род свой от Владимира Мономаха, потом примешали к этому шведскую принцессу Христину, дочь короля Инге Старшего. Их предки дважды, как минимум сиживали на Киевском столе, то есть имели право на величание "Великие Князья".
Да, чуть не забыл, в их роду был святой! Даже три! Федор Ростиславович Чермный, то есть красивый, и его сыновья Давид и Константин, их нетленные мощи обретены при последнем самовластном Ярославском князе Александре Федоровиче Брюхатом, то же, кстати, их родственнике. Все это происходило в 15 веке.
Но нас интересует князья Прозоровские семнадцатого века.
Князь Симеон Васильевич Прозоровский, был знатным воеводой и успел послужить и Борису Годунову, и сыну его Федору, и царю Василию Шуйскому, который ему приходился родным дядей по матери. На свадьбе Шуйского с княжной Марией Буйносовой-Ростовской был десятым.
Смысловая ссылка важная для понимания: сейчас в тексте будут встречаться числа, это не причуда и не просто место за столом. Это МЕСТНИЧЕСТВО. Это такая штука, когда при распределении места, причем любого, путем сложных вычислений определяют, кто за кем идет по родовитости, выслуге и другим параметрам. Так вот фраза – «десятый на свадьбе» это круто!!!
Но, надо сказать, что чутье князь Симеон имел отменное, его отправляют разобраться с повстанцами, а он оп-па и оказывается в стане князя Пожарского. И уже с ним входит в Москву, вроде как свой. Когда на царство кликали Мишу Романова, он подписал грамоту об избрании на царство 29. И это очень круто!
Потом верой и правдой служил новой династии, воевал со шведом, а кто с ним не воевал в то время, почитай сто лет воевали.
Нажил семерых детей, все в отца пошли, породнились и с князьями и с боярами, были воеводами и послами.
Умер в 1659 году, а перед самой смертью обедал с Государем, где за прежние службы пожалован шубою, серебряным кубком и придачей к окладу.
Старшим в семье остался Иван Симеонович, 1618 года рождения. С младенчества был приставлен к цареву сыну, Алексею Михайловичу, так что карьера задалась. Был и рындой в белом, я сам не знаю что это, но наверняка круто. Потом стал стольником, был и рындой в красном, еще более не понятно, но точно круто-круто. Постоянно трется около молодого царя, то его на приемах послов видят, то в Вологде воеводой, то людишек в нижнем Поволжье к присяге приводит. В 1648 году на свадьбе царевой с Марией Милославской он семнадцатый в свадебном поезде, но первый на свадьбе царю служит, кубки подает. Служит человек, старается. За прилежание и полезность становиться Боярином, а тогда это даже круче князя. Ну как министр.
В 1666 году, назначен первым воеводой в Астрахань, где спешно укрепил город и успешно руководил его обороной при первой осаде отрядами Степана Разина. Но Разин не оставил идею взять Астрахань и через три года пришел вновь.
Князь Прозоровский был горяч и казнил посланника Разина, потребовавшего сдать город. Во время штурма города был ранен и со своими сторонниками заперся в соборе. Но это не помогло и город пал. Разин не щадил никого.
Иван Прозоровский был сброшен с кремлевской башни в общий мертвецкий ров, брат Михаил зарублен, девятилетнего сына Бориса повесили за ноги на городской стене. Доброхоты и сторонники князя спасли сына и полумертвого отнесли к матери, Прасковье Фёдоровне, она нашла убежище у митрополита Иосифа, где отсиделась до прихода царских войск.
Кончина Ивана Семёновича с братом от рук бунтовщиков прибавила роду Прозоровских авторитета при дворе, и шесть племянников Прозоровского в разное время стали боярами при Петре Великом.
Борис Прозоровский остался калекой, что не помешало ему прожить интересную и насыщенную жизнь при дворе. По примеру отца и деда служил всем царям: и Федору Алексеевичу и Ивану Алексеевичу и царевне Софье и, как пришло время, царю Петру. Достиг вершин, был ближником царя Великого, не дожил до Императора, но был свидетелем на свадьбе Петра и Екатерины в 1712 году, после чего вышел на пенсию и стал жить поживать в имении на Знаменке, которое ему подарил Петр, заодно управляя Оружейной мастерской в Гранатном переулке. Умер в 1718 году в возрасте 56 лет, детей не было, все осталось племянникам. Похоронен в фамильном склепе Сретенского монастыря.
Имением князья Прозоровские владели до Великой войны, в пожаре Московском сгорело все. К сожалению, судьба сложилась так, что блестящий род Прозоровских захирел, перестал являть миру блестящих царедворцев и пепелище выставили на торги. Скорее всего землю забрала себе казна, ну так, что бы было, участок то хороший, при случае кому нужному продадим, так и получилось.
В 1826 году пустующий участок земли приобрел за две тысячи рублей (земля напротив Кремля, возле храма Христа Спасителя за такую сумму – это считай что даром!) простой служащий Кремлевской администрации Евграф Дмитриевич Тюрин.
Судьба господина Тюрина вполне обыкновенна, родился в 1792 году в семье обер-офицера, история умалчивает какого офицера и где он служил. НО!
Юношу принимаю в архитектурную школу при Экспедиции Кремлевского строения. Это такая организация классная, что ведала всеми Кремлевскими строениями, вот всеми. Представьте себе возможности и масштаб простой себе Экспедиции. Мне кажется с улицы туда не брали, папа поспособствовал, Евграфу на тот момент было всего-то 13 лет. Окончил блестяще, карьера задалась. К 30 годам его назначают академиком за проект перестройки Большого Кремлевского дворца.
Строил Евграф Дмитриевич много и хорошо. Мы должны сказать ему спасибо, особенно за Московский университет, все здания на Моховой его рук дело. А еще Елоховский Богоявленский собор, Троицкий собор в Даниловском монастыре, церковь Татианы при Университете, Крутицкое подворье (реконструкция) и многое другое. Хороший был архитектор. Но вернемся в 1826 год.
Я думаю, участок этот за такие маленькие деньги, напомню, за 2 тысячи рублей, ему продали не случайно. А если добавить, что из казны ему дали ссуду в 40 тысяч рублей сроком на пять лет, да еще и беспроцентную, то здесь точно была какая-то мутная схема.
Какая мы не узнаем, но сам архитектор в доме том не жил. По всей видимости дом изначально строился под сдачу в наем. Во всяком случае в документах 1850 года об этом говориться прямо. В любом случае Евграф Тюрин вышел в отставку в 1868 году и поселился в Туле, что довольно странно при такой недвижимости в Москве на Знаменке. Умер в 1875 году в Туле.
Что происходило с домом и кто в нем жил не известно, владельцы не установлены. Но они были и кто-то деньги с арендаторов собирал, а вот кто … вопрос.
В 1893-м архитектор Георгий Кайзер добавил третий этаж, увеличил и украсил восточный фасад и реконструировал особняк изнутри.
Получилось очень пафосно. Теперь, помимо кариатид на балконе второго этажа и ордерных элементов его украсили угловые лопатки, фигурные филенки с сандриками и львиные маски на замковых камнях.
И опять никаких следов жильцов. И так до самого конца времен.
В советские годы его отдали под коммуналки и общественные организации. Неудивительно, что дом в результате утратил свои некогда роскошные интерьеры. А заодно со временем были снесены все дворовые постройки.
Шли годы, дули советские ветра, в доме жили простые люди, вот реально самые простые. Как я помню, стоял он обшарпанный, облезлый и двор был захламленный, как, к сожалению, многие дома вокруг Кремля. Власть имущие предпочитали роскошь доходных или специально построенных домов.
Век подошёл к концу, и история сделала еще один зигзаг. Власть переменилась и на новых дрожжах выросли новые художники.
Художник Александр Шилов подарил городу несколько сотен картин. Чем вызвал в городских властях смятение и дрожь.
Так как картины он писал провластные, кичевые, выставлять их надо было помпезно. Думали – думали и решили коммуналку напротив Кремля отдать ХУДОЖНИКУ. Особенно если он друг Юрия Лужкова, а он друг и написал его портрет с пчелами.
Картина кисти Шилова, написана в 1996 году. А в 1997 году торжественно открылась картинная галерея народного художника Александра Шилова на Знаменке. Совпадение? Не думаю.
Газеты писали, что внутренности были отреставрированы, так вот это враньё. Они были отстроены заново. От Тюрина и Кайзера ничего не сохранилось. Все пошло в топку при коммуналках. А если к этому добавить, что для галереи отобрали еще и соседние дома, выселяя людей через суды, потому что никто не хотел ехать в Бибирево и Тропарево со Знаменки, но делать было нечего.
Господин Шилов каждый год дарил городу по сто картин!!!!
22 зала внутри заполняет теперь уже более двух тысяч картин, рисунков, скульптур и графических работ.
Почти фотографическая достоверность портретов и портретная детальность фона – это то, что отличает картины Шилова. Цвет, свет, фактура...
Наверное, Шилов прекрасный художник и мое к нему критическое отношение, это отголоски неприятия друзей Лужкова, его генерал-губернаторский вкус и манеру раздаривать старинные здания своим друзьям.
Хотя зачем еще друзья нужны? Да и сами эти здания, возможно, рады картинам и скульптурам внутри, они делают наш МИР лучше.
А Шилова оценят наши далекие потомки. Вот сядет мой правнук писать статью про время правления Юрия первого Лужкова и будет иллюстрировать свои тексты картинами уважаемого Александра Максимовича Шилова.
Художник жив, ему сейчас 83 года, он Герой Труда и обласкан и этой Властью.
Хороший человек!
П.С. Портрет Лужкова продается на аукционе за 40 тысяч долларов. Упс!