Он не помнит, когда в последний раз видел песок. Настоящий. Не на экране, не в трансляции, не в отчёте о кровопотере. Настоящий песок, который забивается под ногти, который скрипит на зубах, который пахнет потом и медью.
Двенадцать экранов. Двенадцать окон в ад. Он сидит перед ними уже три часа сорок две минуты. Спина затекла, но он не двигается. Движение — это ошибка. Ошибка — это штраф. Штраф — это лишение допуска. А допуск — это всё, что у него осталось.
Протокол 14-Б
На центральном экране мигает красный индикатор. Пульс бойца №734: 182. Давление падает. Кровопотеря: 1.2 литра и растёт.Протокол 14-Б гласит: «При кровопотере свыше 1 литра и пульсе выше 170 — обязательная остановка боя. Активация медицинского протокола».Он знает протокол наизусть. Зубрит его каждый день перед сменой. Читает как молитву.
Но также знает приложение 7-Г: «При рейтинге трансляции выше 2 млн и наличии спонсорского запроса — судья вправе отложить остановку на 90 секунд для завершения зрелищного эпизода».
Рейтинг сейчас: 2.7 млн.
Спонсорский запрос пришёл три минуты назад. От «Атлантис-Медиа». Текст: *«Продолжить. Боец 734 — контрактный актив. Смерть повысит рейтинг на 15%»*.
Он смотрит на парня на экране. Тот ещё стоит. Шатается. Кровь течёт по лицу, капает на песок. Соперница замахивается. Удар.Парень падает. Не поднимается.Индекс: 00:03 до автоматической остановки.
Его палец лежит на кнопке. Он мог бы нажать сейчас. Спасти. Но знает: через три секунды алгоритм сам остановит бой. И тогда в отчёте будет не «судья остановил», а «протокол сработал». Разница в одной строчке. Но эта строчка решает, получит он премию или штраф.
Он убирает палец.
Голоса в наушниках
— Судья 47, подтвердите решение по бою 734.
Голос диспетчера. Спокойный. Будто спрашивает погоду.
— Продолжить до автоматической остановки, — говорит он. Голос хриплый. Не узнаёт свой.
— Принято. Феникс активирован. Шанс выживания: 34%.
Тридцать четыре процента. Он видит цифру на экране. Думает о том парне. Сколько ему? Двадцать пять? Тридцать? Есть ли у него семья? Долги? Мечты?
Не должно думать. Думание — это ошибка. Ошибка — это штраф.
Но он думает.
Всегда думает.
Статистика эрозии:
На боковом мониторе мигает его личная статистика за смену:
**Принято решений: 23**
**Совпало с протоколом: 18**
**Совпало с запросом спонсора: 15**
**Активаций Феникса: 7**
**Смертей: 2**
Две смерти. За четыре часа.
Он помнит их лица. Не имена — имена не показывают. Только номера контрактов. Но лица... лица он видит в кошмарах.
Первый умер час назад. Парень из Блока 4. Получил удар в висок. Череп не выдержал. Мозг отёк. Феникс не справился.
Второй — сейчас. Боец 734. Пульс не восстанавливается. Капсула мигает красным: *«Нейронная активность критическая. Возврат невозможен»*.
Он должен был остановить бой на 47-й секунде. Протокол требовал. Но спонсор просил подождать. И он подождал.
Девять секунд.
Девять секунд стоили жизни.
Он знает это. Никто не скажет ему это вслух. В отчёте будет: *«Боец 734 получил несовместимые с жизнью повреждения в результате легального удара. Смерть наступила в рамках регламента»*.Но он знает.Всегда знает.
Цена допуска:
Ему 41 год. Двенадцать лет он работал инженером в блоке Конкорд. Пока не сократили. Пока не пришли коллекторы. Пока не забрали квартиру.
Жена ушла через три месяца после сокращения. Забрала дочь. Сказала: «Ты не можешь нас содержать».Он не мог.
Тогда он увидел объявление: *«Требуются судьи удалённого пула. Обучение 3 месяца. Допуск после аттестации. Зарплата: 8000 кредитов/месяц»*.
Восемь тысяч. Это аренда комнаты. Это еда. Это шанс накопить на адвоката, чтобы вернуть дочь.Он прошёл обучение. Выучил протоколы. Сдал экзамен.Первый месяц он останавливал каждый бой, где видел опасность. Получал штрафы. Предупреждения.
Второй месяц он научился ждать. Ждать, пока алгоритм сам остановит. Ждать, пока спонсор скажет «стоп». Ждать, пока кто-то другой примет решение.
Третий месяц он перестал видеть лица. Видел только цифры. Пульс. Давление. Кровопотерю. Рейтинг.Сейчас он на седьмом месяце.И видит лица снова.
Это хуже.
Эхо в наушниках:
— Судья 47, перерыв 10 минут.
Он снимает наушники. В ушах звенит. Не от тишины. От эха. Эха криков, которые он слышал шесть часов подряд. Эха сирен. Эха голосов диспетчеров.
Встаёт. Ноги гудят. Идёт в туалет. Смотрит в зеркало.
Лицо — серое. Глаза — пустые. Под ними — тени, которые не исчезают после сна.
— Ты убиваешь их, — говорит отражению.Отражение молчит.
— Нет, — шепчет он. — Я просто нажимаю кнопки. Я не убиваю. Система убивает. Спонсоры убивают. Протоколы убивают.
Он умывает лицо. Вода холодная. Не помогает.Возвращается к пульту. Садится. Надевает наушники.
На экранах — новые лица. Новые номера. Новые жизни, которые скоро станут статистикой.
Таймер запускается: 00:04.
Он видит парня на левом экране. Тот молод. Очень молод. Восемнадцать, может быть. Первый бой. Дрожит.
Спонсорский запрос мигает: *«Продолжить. Рейтинг вырастет на 20% при зрелищной смерти новичка»*.
Протокол 3-А: *«Бойцы с первым контрактом подлежат особой защите. Остановка при первых признаках критического состояния»*.
Его палец ложится на панель.Дрожит.
Он нажимает.Не знает, какую кнопку.
Не хочет знать.
#СтальПесокМир #Судья #Нарратив #Лор #18плюс #AIгенерация