В Южном Кавказе за последние 2–4 дня одновременно проявились три разных процесса. Азербайджан использует форум ООН в Баку как площадку международной легитимации и энергетических переговоров. Армения всё ближе подходит к вопросу стратегического выбора между Евросоюзом и ЕАЭС на фоне предвыборного обострения. Грузия усиливает государственно-церковную консервативную линию и параллельно ведёт юридическое давление на оппозицию. Общая картина показывает: регион продолжает расходиться по трём разным траекториям — Баку укрепляет субъектность, Ереван балансирует, Тбилиси закрывает внутреннее политическое поле.
Азербайджан
В Баку 17–22 мая проходит 13-я сессия Всемирного форума ООН городов WUF13, организованная UN-Habitat совместно с правительством Азербайджана. Формальная тема — «Обеспечение жильём всего мира: безопасные и устойчивые города и сообщества». По линии ООН мероприятие привязано к глобальному жилищному кризису: почти 2,8 млрд человек живут в неадекватных жилищных условиях, более 300 млн не имеют жилья, а к 2050 году около 70 проц. населения мира будет проживать в городах.
Для Азербайджана WUF13 стал не только градостроительным форумом. Баку демонстрирует опыт восстановления территорий, возвращённых под контроль после карабахского конфликта, включая проекты «умных сёл», зелёной энергетики, новой инфраструктуры и расселения. Масштаб участия подчёркивает политический вес площадки: к форуму зарегистрировались более 40 тыс. участников из 182 стран, а официальные сообщения первого дня фиксируют министерские заседания, круглые столы и сессии высокого уровня.
Наиболее заметный политико-экономический блок связан с Сербией. Президент Ильхам Алиев провёл встречу с Александром Вучичем, который публично назвал его «большим другом Сербии» и заявил о необходимости дальнейшего укрепления стратегического партнёрства. На деловой встрече с азербайджанскими предпринимателями отдельно подчёркивалось, что экспорт азербайджанского газа в Сербию с января 2024 года и проект совместной газовой электростанции в Нише уже дают практические результаты. Сербская сторона также говорит о возможности увеличить товарооборот с Азербайджаном в пять раз.
Энергетическая линия расширяется и на Словакию. Вице-премьер Томаш Тараба в кулуарах WUF13 заявил, что Братислава намерена заключить с Азербайджаном газовый контракт минимум на 10 лет. По его словам, обсуждаются маршруты трубопроводов и объёмы поставок, а Баку уже проявил активность в период недавних перебоев с поставками через украинское направление. Для ЕС это означает дальнейшее втягивание Азербайджана в систему альтернативного газового обеспечения Центральной и Юго-Восточной Европы.
Политически Баку получает выгодную позицию. С одной стороны, Европейский союз ожидает от WUF13 позитивных результатов и подчёркивает значимость жилищной повестки. С другой стороны, отдельные европейские государства приходят к Азербайджану за газом, инфраструктурой и долгосрочными контрактами. В этом смысле форум ООН стал для Баку инструментом совмещения мягкой международной повестки с жёсткой энергетической дипломатией.
Армения
В Армении главным событием последних дней стало признание на правительственном уровне невозможности бесконечного балансирования между ЕС и ЕАЭС. Вице-премьер Мгер Григорян заявил, что Ереван понимает: Армения не сможет одновременно быть членом Евросоюза и Евразийского экономического союза. При этом он подчеркнул, что окончательное решение должно приниматься гражданами Армении, а сейчас, по позиции правительства, немедленной необходимости в таком выборе нет.
Эта формулировка важна. Ереван фактически признаёт наличие стратегической развилки, но откладывает её прохождение. До парламентских выборов 7 июня власть не заинтересована в резком разрыве с ЕАЭС, поскольку это немедленно ударит по торговле, рынку труда, переводам, энергетике и логистике. Одновременно правительство Пашиняна продолжает двигаться к ЕС, используя европейскую повестку как внутренний политический ресурс и внешнюю страховку от зависимости от России.
Предвыборная кампания становится всё более конфликтной. Вместо обсуждения программы безопасности, экономики и внешнеполитического выбора публичная борьба скатывается в персональные взаимные атаки между Николом Пашиняном и Робертом Кочаряном. Это показывает слабость содержательной политической дискуссии: вопрос будущего курса страны существует, но кампания во многом строится на мобилизации через личную неприязнь, старые обиды и борьбу за контроль над протестным электоратом.
Отдельный сюжет — европейское финансирование под предлогом борьбы с гибридными угрозами. Представитель оппозиционного блока «Армения» Артур Хачатрян обвинил МИД в отсутствии прозрачности по расходованию 12 млн евро, выделенных ЕС в предвыборный период. По его словам, средства передавались в том числе Центральной избирательной комиссии, неправительственным организациям и независимым журналистам, но правительство не даёт понятной картины распределения. Для оппозиции это удобный аргумент о внешнем влиянии на избирательную среду. Для власти — чувствительная тема, поскольку европейская помощь всё больше воспринимается не только как поддержка реформ, но и как инструмент политического сопровождения курса Пашиняна.
На этом фоне Пашинян провёл телефонный разговор с президентом Казахстана Касым-Жомартом Токаевым. Формально поводом стало поздравление с днём рождения и обсуждение двусторонних отношений. Но в более широком контексте это вписывается в попытку Еревана сохранять связи с постсоветскими партнёрами, даже когда официальный курс всё заметнее смещается к Брюсселю.
Грузия
В Грузии главным внутриполитическим событием стал День святости семьи 17 мая. Новый католикос-патриарх Шио III выступил с обращением, где связал демографическую ситуацию с угрозой для грузинского этноса и призвал укреплять законодательство против «вредных гендерных теорий и идеологии». По его словам, такие законы необходимо не отменять, а усиливать и закреплять как средство защиты семьи и народа.
Правящая партия поддержала эту линию. Председатель парламента Шалва Папуашвили заявил в соборе Самеба, что будущему поколению необходимо передать не только экономически сильную, но и духовно сильную Грузию. В результате День святости семьи стал не только церковным мероприятием, но и государственно-политическим сигналом. Власть, церковь и консервативная часть общества формируют общий идеологический фронт вокруг темы семьи, демографии, национальной идентичности и сопротивления либеральной повестке.
Оппозиционные и правозащитные структуры оценивают происходящее противоположно. Tbilisi Pride, Центр социальной справедливости и Ассоциация молодых юристов Грузии заявляют о росте давления на ЛГБТ-сообщество, усилении цензуры, ненавистнической риторики и вытеснении этих групп из общественного пространства. Власти это отрицают: депутат правящей партии Гиа Вольский заявил, что в Грузии никто не нарушает права ЛГБТ-людей.
Важный параллельный процесс — давление на оппозицию через Конституционный суд. Ассоциация молодых юристов Грузии представила позицию «друга суда» по иску правящей партии, требующей запрета четырёх оппозиционных политических объединений. GYLA оценивает такую инициативу как крайнюю форму ограничения свободы ассоциаций. Это показывает, что грузинская власть одновременно укрепляет консервативную идеологическую линию и расширяет юридические инструменты против политических противников.
Грузинская картина последних дней сводится к усилению внутренней мобилизации вокруг традиционных ценностей и контролируемого политического поля. В отличие от Армении, где главный вопрос — внешний выбор между ЕС и ЕАЭС, и Азербайджана, где доминирует дипломатия силы и энергии, Грузия сейчас концентрируется на внутренней идеологической консолидации.
Общий вывод
За последние дни Южный Кавказ показал три разных модели поведения. Азербайджан действует как уверенный региональный игрок: через WUF13 он совмещает площадку ООН, послевоенное восстановление, газовую дипломатию и контакты с европейскими и тюркскими партнёрами. Армения входит в предвыборный период с нерешённой стратегической развилкой между ЕС и ЕАЭС, нарастающей ролью европейского финансирования и конфликтной политической кампанией. Грузия усиливает консервативный государственно-церковный курс и одновременно продвигает давление на оппозиционное поле.
Для России в этой картине важны три сигнала. Баку продолжает укреплять энергетическую самостоятельность и связи с европейскими потребителями. Ереван постепенно подводит общество к выбору между евразийским и европейским вектором. Тбилиси, несмотря на напряжение с Западом по внутренней политике, сохраняет курс на жёсткое переформатирование внутреннего пространства под контроль правящей силы.