Дональд Трамп приехал в Китай не с войной и ультиматумами, а с лестью и притиркой. Даже рукопожатия он исполнял, по меркам своего обыденного перетягивания каната, довольно скромные. Трехдневный визит прошел в компании целого десанта американского бигтеха — Илона Маска, Тима Кука, главы Nvidia Дженсена Хуанга, главы Boeing Келли Ортберга и других. Во многом это был вояж лоббистов, чье состояние зависит от доступа на китайский рынок. Трамп стремился к продлению торгового перемирия, достигнутого по итогам проигранной «тарифной войны» против Китая в прошлом году.
При всех конвульсиях президента США в погоне за выравниванием баланса, торговый дефицит США по итогам 2025 года остался на отметке выше 900 млрд долларов. А попытки «отключить» Венесуэлу и Иран от Китая и создать рычаг нефтяного давления результатов не дали: на переговорах Трамп остался без сильных геоэкономических карт на руках.
В сообщениях, предварявших визит, упоминались сделки с торговой и инвестиционной палатой США, договоренности о масштабных продажах сои и другой американской сельскохозпродукции, подтверждение Китаем намерения закупить двести американских Боингов. Но фактические итоги визита разошлись с ожиданиями. Старший вице-президент американского Института политики Азиатского общества Венди Катлер заявила: «Если дальнейших заявлений о конкретных экономических результатах не последует, можно с уверенностью заключить, что эта встреча на высшем уровне была насыщена атмосферой, но лишена содержания». Деловое издание Fortune отметило, что ничего по-настоящему существенного по итогам саммита не увидел и мировой фондовый рынок, отреагировавший падением котировок.
Если с экономическим содержанием туго, то содержание политическое было явлено четко. Си Цзиньпин с порога заявил о ключевой проблеме двусторонних отношений: милитаризации Тайваня со стороны США. Председатель КНР предупредил о возможности военной конфронтации: «Если он [тайваньский вопрос] будет урегулирован должным образом, отношения двух стран смогут сохранить общую стабильность. Если же нет, два государства столкнутся или даже вступят в конфликт, что поставит весь комплекс двусторонних связей в крайне опасное положение».
В декабре 2025 года администрация Трампа одобрила крупнейший в истории пакет военной помощи Тайваню на сумму более 11 млрд долларов. Китайское министерство обороны тогда предупредило, что в ответ военные «примут решительные меры». Через 11 дней после объявления о рекордном транше стартовали самые масштабные учения НОАК с момента основания КНР – «Миссия правосудия – 2025». Были запущены ракеты в акваториях к северу и югу от Тайваня, десантные корабли отрабатывали блокирование портов и захват островов. Китай официально заявил, что учения направлены на сдерживание внешнего вмешательства, пообещав: «Любые внешние силы, пытающиеся вмешаться, разобьют себе головы о железные стены НОАК». С тех пор китайская армия периодически «беспокоит» зону тайваньского ПВО тренировками беспилотников, кораблей и самолетов.
В нынешней ситуации Трамп снизил градус вокруг Тайваня, при этом не изменяя тактике «стратегической двусмысленности»: на словах подтверждать приверженность принципу «одного Китая», а на деле поддерживать тлеющий сепаратизм в Тайбэе. Президент США заявил каналу Fox, что США не хотели бы воевать с Китаем ради независимости Тайваня, также накануне визита он поставил на паузу вопрос о поставках туда новой партии американского оружия – еще на 12 млрд долларов. Одновременно он отметил, что переговоры в Китае «не повлияли на политику США в отношении Тайваня», а значит, новый транш – это вопрос времени.
В подтверждение этой линии сразу после завершения визита Трампа в Китай Тайвань выразил благодарность Трампу за продолжающиеся поставки современного вооружения и техники. А всего месяц назад Пекин принимал делегацию тайваньской оппозиции Гоминьдан во главе с Чжэн Ливэнь – впервые за 10 лет. Словом, Китай ищет тех, кто готов выстраивать диалог напрямую, исключая американское милитаризованное «посредничество», оно же содействие сепаратизму.
Си Цзиньпин на встрече с американцами сказал о «построении отношений конструктивной стратегической стабильности» с США. Трамп по традиции обещал, что отношения с Китаем будут лучше, чем когда-либо прежде. Чего стоят благостные обещания президента США, мы знаем и по переговорам на Аляске, и по его переговорам с Ираном.
Товарищу Си оно, конечно, виднее, но стороннему наблюдателю думается, что ни один из эпитетов – конструктивный, стратегический, стабильный – к нынешней американской администрации применить невозможно.