15 мая Михаилу Афанасьевичу Булгакову исполняется 135 лет. Писатель с мировым именем, его основной роман переведён на десятки языков (даже в музее Булгакова затрудняются указать хотя бы приблизительное число), уроженец Киева – это ли не повод для гордости? Нет, не повод. В выдуманной реальности Института национальной памяти писателя Булгакова нет
Впрочем, в этой реальности очень многого нет. Например, литературный учитель Булгакова Николай Васильевич Гоголь – не просто уроженец Полтавщины, а самый настоящий малоросс, представитель мировой классики, внёсший огромнейший вклад в романтизацию запорожского казачества (и, соответственно, в создание идеологической базы украинского проекта). И что же? На Украине его изучают в курсе иностранной литературы. И спасибо ещё, что вообще изучают. С одной стороны, понятно конечно – писал в России, на русском языке… Только вот Тарас Шевченко тоже писал в России и тоже на русском языке, но он удостоился места в украинской литературе, а Гоголь – нет.
Впрочем, объективно говоря к Булгакову претензий гораздо больше, чем просто место литературной деятельности и язык. Цитируем "экспертное заключение" Института национальной памяти (на Украине во времена оны его называли Институтом национального склероза им. Альцгеймера):
"Михаил Булгаков – имперец по мировоззрению, ярый украинофоб. (...) Писатель, несмотря на годы жизни в Киеве, презирал украинцев и их культуру, ненавидел украинское стремление к независимости, негативно отзывался о становлении украинского государства и его правительства".
В частности, ему инкриминируют то, что:
- в его произведениях нет ни одного положительного персонажа-украинца;
- он пародировал или насмешливо извращал украинский язык;
- высмеивал украинскую автокефальную церковь;
- отрицал само существование украинской нации.
Вступать в дискуссию с "экспертами" смысла нет, тем более, что во многом они правы. Он действительно имперец и действительно негативно относился к украинской государственности – учитывая то, что он видел, было бы странно, если бы относился иначе. И автокефальную церковь тоже недолюбливал. Правда, это же относится и к обеим неавтокефальным, но эксперты УИНП имеют право обращать внимание только на то, на что они хотят обращать внимание.
И мову высмеивал. Вот, например: "нужно, наконец, условиться, как будет называться то место, где стригут и бреют граждан: "голярня", "перукарня", "цирульня" или просто-напросто "парикмахерская"! Или может, всё же, условиться? Да нет, чепуха какая-то – у классика украинской литературы Мыколы Хвылевого (русского коммуниста Николая Фитилёва) воробей прыгает "скок-скок", а не "стрыб-стрыб" и ничего – сводят к авторскому стилю, а не к незнанию языка или отсутствию литературной нормы во времена, когда он творил…
Да и вообще Булгаков имел наглость бандитов называть бандитами. Хотя… тут тоже всё сложно. Вот в романе современного писателя-националиста Василия Шкляра "Чёрный ворон" бандиты называют себя бандитами, а вовсе не борцами за свободу Украины. Но экспертов УИНП это не обеспокоило даже на фоне того, что ещё в 2010 году Шкляр предлагал отдать Крым России, потому что там живут генетически неполноценные люди (со вторым суждением они, очевидно, согласны, а вот первое подпадает под нормы УК Украины…) Так что тут важно не только что сказано, но и кем сказано. Тем более, что Булгаков петлюровцев бандитами кажется и не называл – просто показывал их в естественной среде обитания.
А вообще по поводу оценки петлюровского движения, к которому Булгаков действительно негативно относился, стоило бы процитировать:
"Было четыреста тысяч немцев, а вокруг них четырежды сорок раз четыреста тысяч мужиков с сердцами, горящими неутолённой злобой. О, много, много скопилось в этих сердцах. И удары лейтенантских стэков по лицам, и шрапнельный беглый огонь по непокорным деревням, спины, исполосованные шомполами гетманских сердюков, и расписки на клочках бумаги почерком майоров и лейтенантов германской армии:
- Выдать русской свинье за купленную у неё свинью 25 марок.
Добродушный, презрительный хохоток над теми, кто приезжал с такой распискою в штаб германцев в Город.
И реквизированные лошади, и отобранный хлеб, и помещики с толстыми лицами, вернувшиеся в свои поместья при гетмане, – дрожь ненависти при слове "офицерня".
Это, кстати, тоже Михаил Афанасьевич Булгаков, и именно "Белая гвардия", на которой основывают свои выводы эксперты УИНП. Но такого рода цитаты в нарисованный ими образ не вписываются, а потому из рассмотрения исключаются.
Забавно, что экспертов УНИП вполне можно было бы привести вместо украинских советских писателей на встречу со Сталиным 12 февраля 1929 года – вряд ли кто-то заметил бы подмену. Кстати, один из участников этой встречи строго вопрошал Сталина, когда, наконец Украине передадут её исконные территории у Курской, Воронежской губерниях и на Кубани… Ничто не ново под Луной.
Да, декоммунизация на Украине осуществляется странно – с одной стороны, участников той встречи со Сталиным нужно декоммунизировать подчистую, но с другой они считаются видными деятелями "расстрелянного возрождения", которых расстреляли, получается, совершенно по делу, а с третьей – расстрел их является зверством советского тоталитаризма, потому что расстреливать явных врагов Советской власти оная власть не имела права. Если вы не видите в этих трёх пунктах противоречий вы, наверное, либерал.
Правда, среди украинской административно-культурной элитки бывают и некоторые просветления. Вот, например, бывший директор УНИП Антон Дробович, который отдаёт себе отчёт в масштабе фигуры Булгакова, говорит осторожно:
"Все попытки обвинить, что Украина запрещает Булгакова, это неправда. Мы просто не хотим его прославлять в публичном пространстве".
Нет, его не запрещают – просто не печатают, не ставят, не снимают, не показывают, в библиотеках не хранят. И хвалить не разрешают. Как написал сам Михаил Афанасьевич:
"Произведя анализ моих альбомов вырезок, я обнаружил в прессе СССР за десять лет моей литературной работы 301 отзыв обо мне. Из них: похвальных – было 3, враждебно-ругательных – 298".
Чем это отличается от запрета спрашивать у Дробовича, пожалуй, не стоит. Он, конечно, далеко не дурак. Это не так называется. Это называется "основатель и первый руководитель Центра прав человека и мемориализации войны". Мемориализация войны (украинско-российской, разумеется) в интересах прав человека – это мощно конечно. И вполне в духе соросовских программ (центр этот был при "Киевской школе экономики" – соросовской тусовки, из которой вышли такие "гении" как экс-премьер Гончарук и экс-министр Милованов, который даже сам себя называл дебилом).
Раз хвалить нельзя, надо "говорить правду":
"Про Булгакова будут рассказывать всю правду – о его бытовом антисемитизме, о его шовинизме. Но и о другой стороне – о его антисоветском проекте. Про его судьбу как киевского писателя".
Честно говоря, не знаю, какой была судьба "киевского писателя" Булгакова. Скорее всего никакой – поскольку литературой он начал заниматься во Владикавказе, а состоялся как писатель в Москве. В Киеве никакого писателя Булгакова не сложилось бы. Вообще в 1920-30 годы, до конца украинизации, Украину покинуло множество писателей, причём речь шла о фигурах первой величины – Катаев, Паустовский, да даже Беляев, который честно пытался приспособиться и перевёл на украинский одну из своих фантастических повестей, но потом плюнул и уехал в Ленинград, категорически ему не подходящий по климату…
"Антисоветский проект" Булгакова – общее место в рассуждениях многих булгаковедов, причём они базируются на вполне надёжной базе: "я не могу требовать от литератора, чтобы он обязательно был коммунистом и обязательно проводил партийную точку зрения". Это – И.В. Сталин о Булгакове. Он, правда, не думал, что у Булгакова был какой-то "антисоветский проект". А я так и вовсе уверен, что и сам Булгаков ничего о таком проекте не знал.
Бытовой антисемитизм? О, да… Читал я как-то мнение профессора Тель-Авивского университета, которая уверенно писала, что Булгаков – антисемит, потому что он называл евреев евреями и писал о еврейских погромах. А вот если бы у Булгакова не было персонажей-евреев, и он не описывал бы петлюровский антисемитизм, то профессор Тель-Авивского университета тем более считала бы писателя антисемитом.
Если бы родители в детстве отвезли Антошу Дробовича на родину предков, он тоже вполне мог бы стать профессором Тель-Авивского университета, но так получилось, что он стал профессиональным украинцем и "рассказывает правду" об "антисемите Булгакове", который писал гадости о петлюровцах, которые антисемитами, конечно, не были и погромами никогда не занимались. Не могло этого быть, потому что у них национальной памятью в будущем еврей станет заведовать… Тут уж я себя антисемитом начинаю чувствовать.
Но Дробович, всё же, человек интеллигентный и осторожный. А вот его предшественник Владимир Вятрович всегда резал правду-матку и о вине Булгакова перед нацией говорил более предметно, не размениваясь на анализ его произведений (хотя он их скорее всего пытался читать):
"Если мы уважаем одних писателей, празднуем одни праздники, говорим на одном языке, – все это для них доказательства того, что мы один народ и никакого украинского народа отдельного не существует. Не существует украинской культуры, а там не нужно уже и отдельного украинского государства".
Т.е., Булгаков виноват не в том, что он плохо думал о петлюровцах, а в том, что его читают и ценят в России. Но, понятно, дело не только и даже не столько в Булгакове. В России читают и ценят также Гомера, Шекспира, Гёте, Флобера, Диккенса и имя им легион. Включая Библию и упомянутого уже Шевченко, памятник которому стоит в Москве и тут же его именем названа набережная. Кстати говоря, ни у кого из этих писателей (даже у Шевченко) ни полусловом не упомянута древняя "украинская цивилизация" – это ли не признак украинофобии, в которой обвиняют Булгакова?
Если текст Вятровича сократить, то получится популярная у нацистов всех времён и народов фраза Ганса Йоста: "когда я слышу слово "культура", я хватаюсь за пистолет".