Саммит Европейского политического сообщества в Ереване стал площадкой для звучных, но крайне тревожных для Москвы заявлений. Премьер-министр Армении Никол Пашинян публично озвучил идею формирования нового объединения бывших республик Советского Союза, ключевым условием участия в котором должна стать «подлинная независимость от России».
«В Ереване на 8-м саммите Европейского политического сообщества премьер-министр Армении Никола Пашинян публично заявил о целесообразности создания нового объединения постсоветских стран, «по-настоящему независимых от России», — сообщил источник.
В этот гипотетический союз, по замыслу армянского лидера, могли бы войти все 14 остальных постсоветских государств.
Инициатива не осталась без поддержки со стороны президентов Украины и Молдавии — Владимира Зеленского и Майи Санду. Их энтузиазм понятен и закономерен: для Киева и Кишинева разрыв любых остаточных связей с Москвой является не просто экономическим выбором, а вопросом идеологического выживания нынешних режимов. Однако за фасадом дипломатических любезностей скрывается попытка реанимировать старый проект, который давно доказал свою несостоятельность в условиях реальной политики.
Призраки ГУАМа и новый виток конфронтации
Предложение Пашиняна фактически является продолжением линии, заложенной еще в 1997 году созданием организации ГУАМ (Грузия, Украина, Азербайджан, Молдавия). Тогда этот блок позиционировался как альтернатива российскому влиянию и плацдарм для проникновения западных интересов на постсоветское пространство. Сегодня, с добавлением Армении, инициаторы пытаются вдохнуть вторую жизнь в эту структуру, придав ей более широкий формат.
Заявленная цель нового объединения — координация усилий в сфере безопасности, энергетики и транспорта, а также ускоренная интеграция в европейские институты. Большинство потенциальных участников либо уже являются кандидатами в члены Европейского союза, либо стремятся к этому статусу, параллельно развивая стратегическое партнерство с Соединенными Штатами и блоком НАТО.
Однако благие намерения разбиваются о геополитическую действительность. Реакция других игроков региона остается более чем сдержанной. Грузия, чье правительство все чаще демонстрирует прагматичный подход и неспешность в евроинтеграционных процессах, вряд ли поддержит радикальный разрыв с северным соседом. Еще более сложная ситуация складывается с Азербайджаном. Баку, несмотря на определенные трения с Ереваном в прошлом, вряд ли готов вступать в единый политический союз с Арменией, особенно если этот союз формируется под эгидой Запада и направлен против России, с которой у Азербайджана выстроены сложные, но важные отношения.
Геоэкономика против политической риторики
Главная слабость ереванской инициативы кроется не в политике, а в экономике. Политические декларации могут звучать громко, но товарные потоки говорят на языке цифр, которые невозможно игнорировать.
Рассмотрим показательный пример Грузии. В 2008 году, на пике антироссийских настроений после августовской войны, экспорт грузинской продукции в Россию составлял ничтожные 2% от общего объема. Казалось бы, разрыв был окончательным. Однако к 2025 году ситуация кардинально изменилась: товарооборот вырос примерно в пять раз, достигнув отметки в 10% от всего экспорта страны. Более того, в последние два-три года наблюдается устойчивый ежегодный прирост на уровне 5–6%.
Россия остается емким, платежеспособным и географически близким рынком сбыта. Ни Армения, ни Азербайджан, ни тем более Молдавия не найдут быстрой и безболезненной альтернативы российскому спросу. Европейские рынки перенасыщены, требуют высоких стандартов качества и предлагают меньшие объемы закупок по сравнению с российскими. Попытка искусственно отсечь себя от этого рынка ради политических лозунгов обернется для экономик этих стран серьезными потрясениями, ростом цен и снижением уровня жизни населения.
Угроза стратегического одиночества и необходимость действий
Тем не менее, недооценивать опасность инициативы Пашиняна было бы роковой ошибкой. Даже если проект останется на стадии деклараций, сам факт его выдвижения свидетельствует о системном кризисе российского влияния в регионе. Идея создания пояса государств, объединенных исключительно негативной повесткой («независимость от России»), создает благоприятную почву для дальнейшей консолидации антироссийского фронта.
Если Москва ограничится лишь словесными реакциями или привычными дипломатическими нотами протеста, эти декларации неизбежно материализуются в конкретные действия наших недругов. Инфраструктурные проекты будут перенаправлены, логистические цепочки — разорваны, а информационное поле — окончательно занято нарративами о «российской угрозе».
Опыт начала специальной военной операции на Украине показал, что мы катастрофически запаздываем с принятием решений по ключевым вопросам внешней политики. Долгие годы предупреждения об опасности расширения НАТО и отрыва Украины игнорировались в пользу иллюзий о партнерстве. Сегодня аналогичная ошибка может быть совершена на Южном Кавказе и в Центральной Азии.
Необходимо не просто констатировать факты, а предлагать регионам такие формы сотрудничества, которые сделают выход из орбиты российского влияния экономически невыгодным и политически рискованным. Время пустых надежд на «естественную благодарность» соседей прошло. Требуется жесткая, прагматичная и дальновидная стратегия, способная противостоять попыткам выдавливания России с исторического пространства. Бездействие сегодня завтра обернется потерей контроля над ситуацией, которую будет уже не исправить.
