Игорь прожил у Макса четыре дня.
Первые два дня звонил сыну — тот рассказывал про машинки, мультфильмы, а потом тихо добавлял: «Мама грустная».
Яна писала каждый вечер:
«Как ты?»
«Лёшка скучает».
«Прости меня».
Он отвечал односложно. Или не отвечал вообще.
На третий день Макс сел напротив за столом, когда Игорь допивал остывший чай:
— Слушай, я не лезу. Но ты собираешься что-то решать или так и будешь прорастать в мой диван?
Игорь усмехнулся:
— Не знаю, что решать. Жена скрывала. Друг вернулся через шесть лет с историей про ребёнка.
Кто из них говорит правду — непонятно.
— А ты сам как считаешь?
Игорь посмотрел в окно:
— Илья не стал бы выдумывать просто так. Но Яна... зачем ей врать сейчас, когда всё можно проверить?
— Может, оба говорят правду, — Макс пожал плечами. — Она сказала ему, что беременна, но не уточнила от кого. Она сказала, что любит другого — хотела, чтобы он свалил. Он свалил. Потом совесть проснулась.
Игорь молчал.
— В любом случае, — продолжал брат, — тебе нужно с ними обоими поговорить. Отдельно. Спокойно.
И понять — можешь ли ты ей доверять дальше. Или нет.
***
На пятый день Игорю написал Илья:
«Можем встретиться? Последний раз. Обещаю».
Игорь смотрел на сообщение долго. Потом набрал:
«Гаражи. Сегодня вечером».
Илья пришёл раньше. Стоял у того же гаража, ждал.
— Спасибо, что пришёл.
Игорь не ответил. Остановился в двух шагах, засунул руки в карманы.
— Я хочу показать тебе кое-что, — Илья достал телефон. — Переписку. С ней.
Игорь взял телефон.
На экране — диалог в мессенджере. Яна писала первой:
«Илья, привет. Не знаю, увидишь ли ты это. Но мне нужно с тобой поговорить».
За неделю до отпуска.
Он пролистал дальше:
«Почему ты не отвечаешь? Я волнуюсь».
«Встретимся завтра? Я буду свободна после обеда».
«Извини, отменяю. Перенесём на послезавтра?»
«Илья, ты злишься? Я правда хочу увидеться».
Десятки сообщений. Сначала только от Яны. Потом Илья начал отвечать — вспоминали прошлое, общих друзей, то, как было раньше.
«Зачем тебе это? У тебя семья. Муж. Сын» — написал Илья после недели переписки.
Её ответ:
«Я знаю. Но мне нужно поставить точку. Для себя. Пожалуйста».
Игорь пролистал до конца. Последнее сообщение от Яны — за три дня до их отпуска:
«Мы тоже будем на юге. Если сможешь — встретимся. Хотя бы раз. Поговорим».
Илья согласился. Ехать было недалеко.
Он вернул телефон. Внутри всё похолодело.
— Она пригласила тебя на курорт, — сказал он медленно.
— Да, — Илья убрал телефон в карман. — Я приехал. Мы встретились в кафе на набережной. Она сказала, что нужно было увидеться, чтобы разобраться в своих чувствах. Чтобы она вернулась в отель и поняла: она любит тебя. А я для неё — прошлое.
— И ты поверил?
— Нет, — Илья покачал головой. — Я не поверил. Потому что она плакала. Настоящими слезами. Она обнимала меня. Попросила сделать фото на память — сказала, что это последний раз. Я сделал. Селфи. Она улыбалась.
Игорь сжал кулаки:
— Покажи.
Илья открыл галерею. Протянул телефон. Яна на фото выглядела счастливой. По-настоящему. Она прижималась к Илье щекой, улыбалась в камеру. На заднем фоне — пальмы, пляж, синее небо.
Игорь играл с сыном, думая, что жена на своих процедурах. А она в это время...
— Я уехал в тот же день, — продолжал Илья. — Думал, что всё кончено. Но она начала писать снова. Спрашивала, как я. Говорила, что скучает. Я не отвечал. Потом она перестала. А потом началось то, что ты видел — звонки с незнакомых номеров. Сообщения. Я пытался дозвониться, понять, что происходит.
Приезжал к офису. Ждал. Она избегала меня — наверное, задерживалась специально, чтобы я ушёл. А потом ты увидел ту пощёчину.
Игорь смотрел в пустоту:
— Зачем она это сделала?
— Не знаю, — Илья усмехнулся. — Может, испугалась, что ты узнаешь. Может, правда разобралась в своих чувствах.
Игорь молчал.
— Я не хочу разрушать твою семью, — Илья говорил тихо. — Но ты должен знать правду. Она играла с нами обоими. Шесть лет назад сказала мне, что беременна, чтобы я исчез. Два месяца назад позвала снова — не знаю зачем.
Может, проверяла, люблю ли я её ещё. Может, хотела выбрать между нами. Но она лгала. Тебе. Мне. Всем.
Он шагнул ближе:
— Ты мой друг, Игорь. Был. Остаёшься. Прости, что я не вернулся раньше. Поверил ей. Но сейчас ты знаешь всё. Решай сам.
Он развернулся и пошёл прочь.
Игорь стоял неподвижно, глядя ему вслед.
Домой он вернулся поздно ночью. Яна спала на диване в гостиной. Телевизор работал на минимуме. На журнальном столике — пустая кружка, телефон.
Она проснулась, почувствовав его взгляд.
Вскочила, отбросив плед:
— Игорь! Ты вернулся?
Он прошёл мимо неё на кухню. Открыл холодильник. Достал бутылку воды. Выпил, не отрываясь, до дна.
Яна стояла в дверях, обнимая себя за плечи:
— Ты... надолго? Или снова уйдёшь?
— Не знаю, — он поставил пустую бутылку на стол. — Покажи телефон.
Она замерла:
— Что?
— Телефон. Покажи переписку с Ильёй.
Лицо её побледнело:
— Я удалила её. После того, как он начал преследовать. Удалила всё, чтобы не видеть.
— Удобно, — Игорь кивнул. —Удалила. Но у него остались скриншоты.
Он достал свой телефон. Открыл фотографии, которые Илья отправил после встречи.
Скриншоты переписки. Даты. Сообщения от Яны:
«Илья, мне нужно с тобой поговорить».
«Встретимся завтра?»
«Мы будем на юге. Приезжай. Поговорим».
Фото из кафе у моря. Яна улыбается. Обнимает Илью.
Яна смотрела на экран. Губы дрожали:
— Это... это не то, что ты думаешь...
— Что я думаю? — Игорь убрал телефон. — Что ты два месяца писала бывшему. Назначала встречи. Пригласила его на курорт, где мы отдыхали с сыном. Встретилась. Сфотографировалась. Обнималась. А мне сказала, что ходила в спа.
— Я ходила в спа! — она повысила голос. — Просто зашла к нему на полчаса. Попрощаться. Поставить точку.
— Полчаса, — Игорь усмехнулся. — И для этого нужно было обниматься? Фотографироваться?
— Он попросил! — Яна схватила его за руку. — Сказал, что это последний раз. Что после этого уйдёт навсегда. Я согласилась, чтобы он наконец оставил меня в покое!
— Ты написала ему первая, — Игорь медленно высвободил руку. — Ты звала его. Сама. Не он тебя — ты его.
Яна опустила голову:
— Я... я не знаю, что на меня нашло. Ещё до отпуска я смотрела на тебя. Ты был с Лёшкой. Играл, смеялся. Счастливый. А я чувствовала себя... чужой. Как будто смотрю на вас со стороны. Будто вы — семья. А я — просто часть декораций.
— И ты решила ностальгировать по прошлому. Написала ему. Назначила встречу.
— Я хотела понять, — голос её сорвался. — Понять, что я чувствую. Кого люблю.
Я думала, может, я всё это время обманывала себя. Может, я любила его, а не тебя.
— И?
— И я поняла, что нет, — она подняла на него глаза. — Что Илья — прошлое. Что между нами ничего нет. Что я люблю тебя. Только тебя.
Игорь отвернулся к окну:
— Яна, не ври мне хотя бы сейчас. Шесть лет назад у меня была своя квартира в Москве, а у него не было ничего. Ты просто выбрала выгодный вариант. Играла с нами во имя своей выгоды.
— Это не так! Игорь, я правда люблю тебя, — она говорила быстро, задыхаясь. — Да, я ошиблась. Да, я позвала его.
Да, я встретилась с ним. Но я вернулась. Я выбрала тебя. Нас. Семью.
— После того как проверила его снова.
— Ничего не было! — Яна вскочила. — Мы просто разговаривали! Я не изменяла тебе!
— Но хотела, — Игорь сказал это спокойно. — Ты хотела. Иначе зачем звать его на курорт? Зачем писать два месяца? Зачем обниматься на фото?
Яна молчала.
— Знаешь, что обидно? — Игорь провёл рукой по лицу. — Не то, что ты встретилась с ним. Не то, что писала. А то, что ты лгала. Мне. Ему. Себе. Сыну.
Шесть лет назад ты соврала ему, чтобы он исчез. Два месяца назад соврала мне. Сейчас ты говоришь, что любишь меня. Но как мне верить? Как я могу знать, что завтра ты не соврёшь снова?
Яна плакала. Тихо. Безнадёжно:
— Я не знаю, как это доказать. Я не знаю.
Но я люблю тебя. Правда.
Игорь смотрел на неё долго:
— Я тоже любил. Всё ещё люблю, наверное. Но я не могу так. Смотреть на тебя и думать — врёшь ли ты сейчас. Или говоришь правду. Я не могу жить в этой неопределённости.
Он взял ключи со стола:
— Мне нужно время. Ещё немного. Подумать. Понять, могу ли я простить. Или нет.
***
Игорь прожил у Макса ещё неделю. Думал. Вспоминал. Анализировал.
Яна писала каждый день.
«Игорь, прошу, дай мне шанс. Я понимаю, что ты чувствуешь. Но я люблю тебя. Всегда любила».
«Я знаю, что виновата. Я всё испортила. Но прошу — не лишай меня семьи. Лёшки. Тебя».
«Пожалуйста, хоть слово. Я схожу с ума».
«Игорь, ну пожалуйста. Я сделаю что угодно. Только не молчи».
«Прости меня».
Он не отвечал.
Лёшка спрашивал по телефону:
— Пап, а ты когда вернёшься?
— Скоро, сынок.
— А почему мама плачет?
— У мамы просто трудности. Не волнуйся.
***
На восьмой день Макс снова сел напротив:
— Ну что? Решил?
Игорь посмотрел в окно:
— Я люблю её. До сих пор. Но не знаю, смогу ли снова доверять.
Каждый раз, когда она задержится, я буду думать — вдруг она снова с кем-то встречается? Каждый раз, когда возьмёт телефон, я буду думать — кому она пишет? Это невыносимо.
— Тогда разводись, — просто сказал Макс.
— А Лёшка?
— Лёшка будет с вами обоими. Только раздельно. Так живут миллионы детей.
Игорь покачал головой:
— Я не хочу, чтобы он рос без отца. Или без матери. Ты сам знаешь, каково это — расти без отца. Не хочу, чтобы его воспитывал кто-то другой. Он должен расти в полноценной семье.
— Даже если родители ненавидят друг друга?
— Мы не ненавидим...
— Пока, — Макс перебил его. — Пока ты ещё любишь её. Но что будет через год? Два? Если ты останешься, но не простишь?
Ты будешь срываться на ней. Она — на тебе. Лёшка будет расти в атмосфере напряжения. Оно тебе надо?
Игорь молчал.
— Есть два варианта, — продолжал брат. — Либо ты прощаешь её. По-настоящему. Не на словах, а внутри. И пытаешься начать заново. Либо уходишь. Чисто. Без возвратов.
Но сидеть на заборе — худшее, что ты можешь сделать. Для себя. Для неё. Для сына.
***
Игорь вернулся домой. Яна сидела на кухне. Перед ней — чашка недопитого чая, телефон.
Увидела его — вскочила:
— Игорь...
— Сядь, — он сказал спокойно.
Она села. Руки сжала на коленях.
Игорь сел напротив. Долго молчал, подбирая слова.
— Я думал всю неделю, — начал он наконец. — О тебе. О нас. О Лёшке. И понял одно: я не могу так дальше. Я не могу жить с женщиной, которая бегает к бывшему, чтобы разобраться в своих чувствах. Доверие разрушено. Полностью.
Яна опустила голову. Слёзы капали на стол.
— Я хочу развода, — Игорь говорил ровно. — Не из мести. Не из обиды. Просто потому что не вижу другого выхода. Ты соврала мне дважды. Может быть, и больше — я не знаю. И не хочу знать. Я устал проверять. Сомневаться. Бояться.
— Игорь, пожалуйста... — она протянула руку через стол.
Он не взял её:
— Лёшка останется со мной, а ты можешь забирать его на выходных. Но мы с тобой — закончили.
— Нет, — Яна покачала головой. — Нет, я не хочу. Я люблю тебя. Игорь, дай мне шанс. Один. Последний. Я докажу...
— Ты уже доказала, — он встал. — Что умеешь лгать. Убедительно. Долго. Мне. Ему. Всем.
Яна всхлипнула:
— Ты прогоняешь меня? Забираешь у меня сына.
— Квартира куплена до брака, — Игорь сказал это без эмоций. — На мои деньги. По закону она моя. Я не выгоняю тебя на улицу — ты можешь пожить у родителей, пока не найдёшь жильё. А сын пока будет жить со мной. Разберись сначала с собой, а потом придёшь за сыном. Но здесь ты больше не живёшь.
Яна вскочила:
— Ты не можешь так просто взять и выставить меня! Мы семья! Мы прожили вместе столько лет...
— Семья строится на доверии, — Игорь не повышал голос. — Его нет. Значит, нет и семьи.
— А Лёшка? Ты думал о нём?
— Только о нём и думал, — Игорь взял со стола ключи. — Чтобы он не рос в семье, где отец смотрит на мать с подозрением, а мать задыхается от вины.
Он подошёл к двери спальни, где спал сын, приоткрыл её тихо, посмотрел на спящего мальчика.
Лёшка сопел, обнимая плюшевого медведя.
Игорь прикрыл дверь, обернулся к Яне:
— Собери вещи. Я сниму тебе квартиру на первое время. Потом решишь сама.
— Игорь...
— Давай разойдемся цивилизованно. Без скандалов. Ради сына.
Он прошёл в свою комнату. Закрыл дверь.
Яна осталась стоять на кухне. Одна. Как в тумане. Заблудившись окончательно в той реальности, которую сама себе создала.
В предыдущей части: