До восьмидесяти лет Анна Ивановна управлялась по дому сама. Хронические заболевания были, но к ним привыкла, пила таблетки горстями согласно назначениям разных врачей-специалистов. Бывало мучило давление, потуже обматывала голову платком, лежала. Если лекарства не помогали, звонила кому-то из детей. По пустякам не беспокоила, знала что к ней в село доехать непросто. Сыну надо было заправлять машину бензином - немалые деньги. Он и так весь в кредитах. Дом пристраивает, младшей дочери за обучение платит, старшей помогает - она с мужем разошлась, осталась с ребёнком.
Две дочери Анны Ивановны жили в соседнем городе. Оттуда ехать на электричке пару часов, потом на автобусе и ещё пешком какое то время. Дочки уже сами на пенсии, мужей схоронили, внуков воспитывали. Старшая ещё работала, не хотела копейки считать. У младшей пенсия по инвалидности и та же болячка как у матери. Обе много лет страдают от сахарного диабета. Анна Ивановна хоть на таблетках, а дочь на уколах пять раз в день. Мало того, что у неё здоровья нет, ещё дочь непутёвая: любила выпить и пропасть на неделю, оставляя внука- подростка.
Когда в 84 года у Анны Ивановны случился инсульт, все собрались в больнице, чтобы решить дальнейшее проживание пожилой женщины. Вроде как все любили мать, жалели её, понимали что не сможет жить одна. Однако Анна Ивановна не хотела переезжать ни к кому из детей.
Со старшей дочерью боялась не ужиться. У неё большая квартира, но скверный характер. Часто скандалили из-за пустяков.
Вторая дочь, та что с диабетом, жила в " однушке" вместе с внучкой и правнуком. Не хотелось их притеснять.
Сын - любимчик, так считали дочери. Однако сноху Анна Ивановна недолюбливала, ворчала что не даёт мужу продыха. Работа, хозяйство и постоянные жалобы жены на нехватку денег.
Взрослые дети Анны Ивановны посовещались между собой и решили нанять сиделку для матери. В селе это непросто. Да, нашлась женщина, однако её терпения хватило на три месяца. От инсульта Анна Ивановна отошла, однако следом появились первые признаки деменции. Плюс конкретно заявил о себе сахарный диабет.
Все-таки пришлось ехать в город, ближе к врачам. Женщину привезли к старшей дочери. Как мать и боялась, через неделю начались ссоры. Больной нужно было соблюдать диету, а работающей хозяйке заниматься готовкой некогда. То одно не так, то другое. Никаких нервов не хватит. Еле протянули вместе две недели, повезли мать ко второй дочери.
Та не была готова к лишнему человеку на свои метры. Мать жалко, конечно. Положили больную на кровать в комнате. Взрослая внучка с правнуком- подростком занимали диван. Дочь, у которой на фоне диабета появились проблемы со зрением, спала на кухне на полу.
Ясно, что и здесь не оказалось места для Анны Ивановны. Ко всему прочему женщина стала капризной, требовала к себе внимания, по ночам не спала, жаловалась на боли в ногах. Прошли те же две недели и сыну полетели жалобы по телефону: забери, плохо мне здесь, терпеть нет мочи.
Так Анна Ивановна оказалась у сына. Было уже всё равно на характер снохи. Появились язвы на ногах, и приглашённый на дом врач не давал никаких прогнозов. У женщины пропал аппетит, она окунулась, похудела. Иногда заговаривалась, несла ерунду. Бывало, просила позвонить дочерям. Те обещали приехать, но не находилось времени и видимо желания.
В телефонных разговорах с братом сестры объясняли каждая свою причину. Одна не хотела лишний раз ругаться с матерью. Пусть живёт спокойно, говорила. Сколько уж ей осталось.
Вторая призналась: я не хочу видеть гнойные раны на ногах матери. Понимаю что всему виной диабет и представляю что такое может случится со мной. Тяжело и страшно. Не приеду. Позвоните, когда....
Анна Ивановна прожила у сына полгода. Дочери проводили мать в последний путь. Никто из них не предъявил прав на наследство.
........................................
Реальная история, обработанная автором. Даже в большой семье, где несколько взрослых детей, случается, что некому ухаживать за больным немощным родителем. Порой так складываются обстоятельства. Стоит ли кого-то винить?
