Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Чудесное спасение

История мужчины из Саратова Когда я работал охотником-промысловиком в якутской тайге (капканами добывал соболей), один знакомый охотник рассказал удивительную историю своего чудесного спасения от, казалось бы, неминуемой смерти. Однажды вечером, возвращаясь в свою охотничью избушку, он решил срезать поворот на тропе и пойти напрямую через болото. Сначала ему удавалось благополучно перепрыгивать с кочки на кочку, и хоть он оступался несколько раз и проваливался по колено, все же без особых затруднений выбирался на твердое место. Но вдруг одна кочка, по внешнему виду надежная, провалилась под ним. Пытаясь выбраться, начал вытаскивать то одну, то другую ногу, но только глубже погружался в болото. И когда погрузился по пояс, его сознания впервые коснулся холодок смерти. Все движения, какие он делал, только убыстряли его проваливание. Предчувствие неизбежности и неотвратимости захлестнуло сердце. Вокруг на несколько километров - ни одной живой души. Все глубже и глубже засасывали его холодн

История мужчины из Саратова

Когда я работал охотником-промысловиком в якутской тайге (капканами добывал соболей), один знакомый охотник рассказал удивительную историю своего чудесного спасения от, казалось бы, неминуемой смерти.

Однажды вечером, возвращаясь в свою охотничью избушку, он решил срезать поворот на тропе и пойти напрямую через болото. Сначала ему удавалось благополучно перепрыгивать с кочки на кочку, и хоть он оступался несколько раз и проваливался по колено, все же без особых затруднений выбирался на твердое место.

Но вдруг одна кочка, по внешнему виду надежная, провалилась под ним. Пытаясь выбраться, начал вытаскивать то одну, то другую ногу, но только глубже погружался в болото. И когда погрузился по пояс, его сознания впервые коснулся холодок смерти. Все движения, какие он делал, только убыстряли его проваливание. Предчувствие неизбежности и неотвратимости захлестнуло сердце. Вокруг на несколько километров - ни одной живой души. Все глубже и глубже засасывали его холодные черные губы болота. Через несколько минут могильный холод топи уже коснулся подбородка. Наверху остались только перепачканные зловонной коричнево-зеленой жижей руки...

Он слышал и читал о том, что в минуту смертельной опасности перед человеком проносится вся его жизнь. И сейчас перед ним действительно развернулась широкоформатная и красочная кинолента прожитого. Те события, что казались разрозненными и бессвязными, оказались на нитке единого смысла, как бусины в ожерелье. То, что он считал важным, даже не всплыло в этом предсмертном, ретроспективном просмотре содеянного. А то, что считал второстепенным и незначительным, вдруг обозначилось на первом плане, с такими рельефными подробностями значимости, что он даже в эти минуты успел удивиться... И тогда он закричал - это был животный крик ужаса.

И здесь произошло необъяснимое и невозможное: к нему подбежал лось, копытам которого, размером с большую суповую тарелку, не страшна болотная топь. И не просто подбежал, а, упершись передними ногами в какую-то опору под водой, наклонил к человеку свои громадные рога. Судорожным рефлекторным движением охотник намертво вцепился в эти рога, и лось начал медленно тащить его из цепких объятий болотной смерти. Сколько времени это продолжалось, охотник не мог сказать. Время для него как бы остановилось.

Вытащив охотника из болота (по сути - с того света) и волоком протащив метров пятнадцать к небольшому твердому, заросшему травой островку, усталый лось положил его на землю.

Отойдя метров тридцать, умное животное остановилось и оглянулось на человека, словно приглашая его следовать за ним. Так шли они минут пятнадцать... Но вот охотник почувствовал под ногами твердую почву и тут же увидел метрах в трехстах свою охотничью избушку. Оглянувшись в последний раз, лось посмотрел на охотника умным взглядам и растаял в густых таежных сумерках.

На другой же день человек навсегда бросил и свою избушку, и свое охотничье ремесло.