Этим эффектным дореволюционным зданием из красного кирпича теперь могут любоваться не только жители сити-квартала на Бограда. Но до недавних пор оно было скрыто цехами комбайнового завода, и мало кто знал о его существовании.
Это здание построено как красноярский казенный винный склад, или «винная монополия». В госреестре объектов культурного наследия РФ оно значится как объект культурного наследия регионального значения «Дом, где в 1917-1919 гг. размещался оружейный арсенал и получали оружие рабочие-красногвардейцы».
Однако интересно оно не революционной историей.
Красноярские любители истории называют винную монополию «средневековым замком»; есть даже городская экскурсия, где здание используется как один из объектов вселенной Гарри Поттера. Между тем, красноярский винный склад – образец типовых индустриальных объектов Российской империи начала XX века, яркий пример промышленной архитектуры того времени. Почему же индустриальный корпус так изящно построен, и с чем связано его появление на привокзальной площади Красноярска в первом десятилетии XX века?
Причина появления склада – «питейная монополия»: идея, воплощенная министром финансов Российской империи С. Ю. Витте (на посту с 1892 по 1903 гг).
Монополия, установленная в 1895 г., означала исключительное право государства на приобретение и продажу спиртных напитков. Оптовая и розничная продажа сосредотачивалась в казенных оптовых складах и винных лавках. К задачам винной монополии относились очистка спирта и торговля крепкими спиртными напитками. Винокуренные заводы могли принадлежать частным предпринимателям, однако производимый ими спирт покупался казной, проходил очистку на государственных складах и продавался в государственных винных лавках. После введения винной монополии 1 января 1895 г. в стране начинается строительство комплексов казенных винных складов. Начали с четырех губерний: Пермской, Уфимской, Оренбургской и Самарской, до Енисейской губернии реформа добралась к 1902 году.
***
Реформа имела несколько целей. Первыми назывались улучшение качества крепких напитков и повышение культуры их потребления, забота о здоровье населения. Третья цель, фискальная — увеличение доходов казны.
Существовавшая до монополии акцизная система дозволяла производство «высших питий» (алкоголя с высокой долей спирта) всем, у кого для этого были деньги и желание. Водка в России — продукт массовый, поэтому успех сопутствовал фирмам с низкой себестоимостью товара. Качество спиртного, напрямую зависящее от себестоимости, практически у всех российских производителей было крайне невысоким. Такое заключение сделал в 1894 г. Комитет по изучению качества «высших питий» во главе с Д.И. Менделеевым. Ученые из Комитета, проводившие анализы, были неприятно удивлены: «считающиеся лучшими в империи» водки Смирновых оказались отвратительного качества. Для улучшения питкости и крепости к ним добавляли азотную кислоту, различные эфиры и соли.
В итоге Менделеевым был сформулирован стандарт водки для целей монополии: водно-спиртовая смесь, содержащая 40 весовых частей этилового спирта, пропущенная через угольный фильтр и содержащая минимальные (оговоренные) концентрации сивушных масел. Спирт исключительно из ржаного солода, вода «живая», без обработки кипячением, с низким содержанием солей и минералов. С появлением в 1895 г. стандарта закончилась эпоха самобытных водок.
К слову сказать, до конца XIX века в Сибири и Енисейской губернии проблемы и качества спиртного, и алкоголизации населения не стояли так остро, как в европейской части России. Отчасти это связано с меньшей плотностью населения, отчасти с высоким качеством сырья и воды, спиртное производили только из зерновых. Интересно, что с введением монополии потребление алкоголя сибиряками значительно возросло - с 0,29 до 0,51 ведра на душу населения. Но, вероятно, рост потребления был вызван резким притоком жителей из европейской части страны (с постройкой Транссибирской магистрали) и ростом городов.
Пусть вас не вводит в заблуждение слово «склад». Вопреки названию казенные склады были не центрами хранения, а принадлежащими государству индустриальными объектами, осуществлявшими полный производственный цикл: приемка спирта от производителей или его производство и ректификация, очистка и фильтрация, рассиропливание, бутылирование, опечатывание сургучной маркой, хранение и отгрузка готовой продукции: «вина столового» (водки высшей очистки), «вина обыкновенного» (водки по стандартной рецептуре), спиртов крепостью 90 и 95 градусов и технического спирта-денатурата. Счет товара велся «казенными ведрами» — это русская дометрическая единица измерения объема, равная примерно 12,3 литра. С 1899 года на основе Положения о мерах и весах одно ведро равнялось 10 штофам = 16 винным бутылкам = 20 пивным бутылкам = 100 чаркам = 200 шкаликам. Отпуск товара велся только в опечатанной стеклянной таре, реализация крепкого алкоголя на разлив была запрещена даже в трактирах и ресторанах.
Для целей монополии были разработаны типовые проекты комплексов казенных винных складов различных разрядов и категорий. Разряд определялся годовым объемом продукции. К III разряду относились предприятия с производительностью до 50 тыс. ведер; II разряд – от 50 тыс. до 100 тыс. ведер; I разряд – от 100 тыс. до 200 тыс. Предприятия производимостью свыше 200 тыс. ведер относились к внеразрядным.
В Красноярске был реализован типовой проект Казенного склада внеразрядной III категории производительностью 400 тыс. ведер вина, разработанный петербургским гражданским инженером Владимиром Николаевичем Пясецким. По такому же типовому проекту были построены винные склады в Астрахани, Борисоглебске, Владимире, Иркутске, Казани, Костроме, Краснодаре, Курске, Новом Осколе, Омске, Орле, Рыбинске, Твери, Томске. Многие из них сохранились до наших дней, как и красноярский склад.
Строительство велось под руководством инженера Н. Г. Шапошникова с 1902 по 1905 г. Работы выполнялись в основном местными подрядчиками — генподряд получил Созонт Телегин, известный красноярский купец-«девелопер» начала XX века. Кузнечные изделия, металлические лестницы изготовлены местным предпринимателем Александровым, а трубопроводы и монтаж парового оборудования доверили «Варшавской технологической конторе».
Спирт, который привозили с винокуренных заводов, хранился в здании с шестью цистернами емкостью по 15 тысяч ведер. Отсюда его подавали по трубам в сортировочные чаны, где спирт разбавлялся водой (рассиропливался), а затем фильтровался через древесный уголь. При винном складе организовали акцизную лабораторию для проверки качества сырья и контроля за соблюдением технологии.
Вы можете спросить, почему типовой индустриальный объект начала XX века так красив и выразителен? Не стоит удивляться: в то время архитектура была самым доступным для масс визуальным искусством. Симметричный корпус из трех объемов, выполненный в стиле эклектики, с богато декорированным кирпичным фасадом был призван донести мысль о гармонии и упорядоченности винной монополии как системы.
Комплекс склада не ограничивался главным корпусом, в него также входили здание цистерн, материальный склад, бондарка (производство и хранение бочек), угольный завод (производство березового угля для фильтрации), сторожка-флигель, кузница, конюшни с навесами, два двухэтажных жилых дома для персонала и ряд других хозяйственных построек.
Почти до наших дней сохранились здание цистерн, угольного завода, флигеля-сторожки и фасады жилых домов. В 2015 г. в эскизном проекте преобразования территории было предложено сделать их частью обновленной городской среды. Однако к 2020 г., эти постройки были снесены застройщиком-владельцем участка, поскольку не обладали статусом объектов культурного наследия.
В августе 1941 г. в Красноярск эвакуировали Запорожский завод сельхозмашиностроения «Коммунар» (впоследствии Запорожский автомобилестроительный завод). Производство разместили в корпусах винной монополии. В ноябре сюда перевезли оборудование двух механических цехов Люберецкого завода им. Ухтомского. В годы войны объединенный завод выпускал мины и снаряды, а с 1944 г. перешел на производство сельскохозяйственных машин. По мере расширения завода здание винного склада было застроено производственными корпусами и лишь после того, как завод исчез с карты города, историческое строение вновь открылось взорам красноярцев.
Илья Кузнецов