Звонок в дверь заставил Николая поежиться. Мужчина знал, кто пришёл ещё до того, как посмотрел в глазок. На лестничной площадке стояла его мама, Мария Евгеньевна. Бледная, взволнованная женщина держала в одной руке чемодан, а другой отчаянно нажимала на кнопку.
Не дождавшись ответа, Мария Евгеньевна начала стучать в дверь кулаком, а потом закричала:
— Коля, открой! Я знаю, что ты дома! Отзовись, сынок, — голос матери звучал то умоляюще, то требовательно.
Сначала Николай наблюдал за ней, а потом прижался лбом к холодной двери и стал мысленно умолять: «Уйди, мама, пожалуйста, уйди…». Он не хотел открывать, но чувство вины съедало его изнутри.
Так они и стояли по разные стороны порога: мать с чемоданом, и сын, который не хотел повторять ошибок…
Всё началось два года назад.
Однажды Мария Евгеньевна также приехала к младшему сыну с чемоданом и заявила:
— Теперь я буду жить у тебя. Ты ведь не против?
— Н… нет… не против. А почему? У тебя что, ремонт дома? — растерянно пробормотал Коля. У него была просторная квартира, но жить он предпочитал в одиночестве.
— Нет никакого ремонта, как и квартиры. Я её продала, — ответила мама как ни в чем не бывало.
— Продала?! — Николай удивлённо вскинул брови. — Зачем?!
— Деньги были нужны, но это уже неважно. Какую комнату ты мне отдашь?
Николай опешил от такого заявления. Впрочем, его мать всегда отличалась непредсказуемостью. В детстве она могла посреди недели объявить о поездке на море, иногда забывала о днях рождения сыновей и частенько вела себя так, будто жила в каком-то своём мире. Коля привык к её внезапным решениям, но продажа квартиры казалась чем-то выходящим за рамки.
— Мам, я не понял, зачем ты продала квартиру? — разместив мать в своей комнате, снова спросил Коля.
— Сынок, давай сейчас не будем об этом. Я так устала… В следующий раз поговорим, ладно? — ответила Мария Евгеньевна.
Николай не стал настаивать — сейчас ему вообще было не до этого. До приезда матери он начал собираться в командировку.
Коле было двадцать девять лет. К тому моменту он уже многого добился в жизни. Умный и предприимчивый мужчина работал в крупной компании и имел хороший доход. Однако семьи у Николая не было. Он считал, что ему ещё рано жениться.
Мужчина ценил свободу. Он встречался с друзьями, ездил на концерты и фестивали, частенько задерживался в баре до позднего вечера. Именно свободолюбие стало камнем преткновения в его отношениях с матерью.
Во время командировки Николай старался не думать о том, что теперь в его доме живёт мама. Мысли об их грядущем разговоре он отложил на потом. Сейчас было важнее сосредоточиться на работе. Но стоило Коле вернуться и открыть входную дверь, как реальность сразу обрушилась на него.
— Мам, ты что, поменяла ковер? А это что? — нахмурившись, спросил мужчина.
— Поменяла, на более яркий. А это постеры с котиками! Я купила их у уличного художника. А то у тебя дома как-то мрачновато, не считаешь? — Мария Евгеньевна встретила сына с улыбкой.
Николай не ответил, он лишь окинул взглядом гостиную. Кроме ковра и ужасных котов на принтах, мать внесла и другие изменения в интерьер его дома. Она купила новую посуду, выкинув любимую кружку Николая, а на балконе поставила живые цветы в горшках. Всё это было сделано с любовью, но Колю не покидало чувство, что он оказался в чужой квартире.
— Мам, нам нужно серьёзно поговорить, — твёрдо сказал он. — Объясни, зачем ты продала квартиру. Планируешь переехать в другой район? Или мечтаешь обзавестись дачей? Как скоро ты сможешь съехать? Ты же знаешь, что я привык жить один.
После последней фразы сына улыбка сошла с лица матери.
— Знаю, — кивнула Мария Евгеньевна, — но придётся снова привыкать жить со мной. В другой район переезжать я не собираюсь, хотя от дачи бы не отказалась… Но денег у меня больше нет.
— Как нет? — Коля натянуто улыбнулся, надеясь, что мама шутит. — А где они? На депозите?
— Нет, все деньги у Валеры. Ты же знаешь, что у него огромные долги. Вот я и решила ему помочь.
Николай побледнел. Он отказывался верить своим ушам. Валера был его старшим братом. Ему недавно исполнилось тридцать пять, и к этому возрасту он, увы, добился лишь череды финансовых проблем. У него были кредиты, ипотека, а ещё необдуманный брак с бывшей одноклассницей и трое детей на обеспечении.
— Ты решила продать собственную квартиру, чтобы покрыть долги Валеры?! — ошарашенно переспросил Коля.
— Да, я же мать. Я должна помогать сыну.
— А как же я? Я тоже твой сын! Почему ты не подумала обо мне? И вообще, где моя часть денег? — голос Коли дрогнул.
На самом деле он никогда ничего не ждал от матери, но её поступок больно его задел.
— Сынок, ну что ты, в самом деле? У Валеры трое детей, безработная жена и маленькая зарплата. Ему деньги нужнее, а ты и сам со всем справляешься, — ответила Мария Евгеньевна.
Похожие слова Коля слышал с самого детства: «Валера слабее, поэтому ему нужны репетиторы», «Валера хиленький, поэтому спортивные секции ему нужнее», «Валера скоро будет поступать, ему нужна помощь». Мария Евгеньевна всегда поддерживала только старшего сына. Николаю приходилось добиваться всего самому, и годами он старался не замечать этой несправедливости, но теперь обида прорвалась наружу.
— Мам, но это же несправедливо! Если ты так хотела помочь Валере, могла бы продать квартиру и поделить деньги. Я бы их даже брать не стал. Мы бы купили на них тебе более скромную недвижимость или вообще дачу. А теперь, что ты собираешься делать? Жить со мной всю жизнь? — возмущённо сказал Коля.
Мария Евгеньевна на мгновение замолчала, обдумывая слова сына, а затем подняла глаза и ответила:
— А почему, собственно, и нет? Ты всё равно не женат, и дети у тебя вряд ли будут, ведь ты карьерист, Коля!
Мужчина не стал спорить с матерью. Он надеялся, что скоро она одумается, решит снять квартиру или вообще переедет к старшему сыну, чтобы помогать с внуками. Но время шло, а ничего не менялось.
Целых два года Мария Евгеньевна жила у Коли. В его квартире она уже чувствовала себя полноценной хозяйкой — установила свои правила и даже начала принимать гостей, словно это был её дом. И вдруг младший сын потряс мать неожиданным известием:
— Я встретил женщину, и мы собираемся пожениться. Понимаю, что ты уже привыкла жить у меня, но пора бы тебе договориться с Валерой и переехать к нему.
— Как? Ты в своём уме?! У Валеры трое детей в маленькой квартире. Где я там спать буду? — возмутилась Мария Евгеньевна.
— Не знаю. Это вы решили, что продажа твоей квартиры будет отличной идеей. Вот теперь и думайте, что делать, — твёрдо ответил Коля.
— То есть ты хочешь выставить родную мать на улицу из-за какой-то вертихвостки?! С какой стати ты вообще решил жениться?! Мы ведь так хорошо жили вдвоём! — возмущённо сказала женщина.@Стелла Кьярри
Николай смотрел на мать и не мог поверить, что она говорит это. В его памяти вдруг всплыли её же упрёки: «Когда уже женишься?», «Пора внуков растить», «Ты один, а Валера — семьянин». И вот теперь, когда он, наконец, встретил настоящую любовь, мама отговаривала его от брака только ради собственного комфорта.
— Мам, ты меня прости, но я больше не могу так. Я хочу создать семью, и я это сделаю. Прошу тебя, собери вещи и поезжай к Валере.
Мария Евгеньевна не на шутку разозлилась, когда сын стал настаивать на её переезде. Она нервно заходила по комнате и, не зная будущей невестки, обрушила на неё поток обвинений:
— Эта женщина тебе не пара! Наверняка обратила на тебя внимание только из-за квартиры! Как ты не видишь, что она ищет выгоду?! Бросай её, и мы будем жить, как прежде!
Коля с ужасом в глазах слушал маму. Как так вышло, что он, человек, который всего добивался сам, оказался в такой ситуации? Он начал работать, едва ему исполнилось шестнадцать. В восемнадцать Николай переехал в съёмную квартиру, а в двадцать четыре взял ипотеку — всё ради того, чтобы жить по своим правилам. И вот теперь мать, которая отдала деньги от продажи недвижимости старшему сыну и легла бременем на плечи младшего, учила его выбирать женщин.
— Я больше не хочу ничего слышать! Собирай вещи и уезжай отсюда. У тебя было время, чтобы решить вопрос с жильём. Все два года я содержал тебя и не требовал ни копейки, поэтому сейчас прошу: покинь мой дом! — отрезал Коля.
За тот период, что Мария Евгеньевна жила у сына, она и вправду не платила ни за коммунальные услуги, ни за продукты. Всё это оплачивал Коля. Однако никаких накоплений у неё не было. Большую часть зарплаты она продолжала пересылать Валере — тот уже успел взять новые кредиты.
Николай об этом не знал. Он полагал, что мать хоть что-то отложила, поэтому не испытывал чувства вины за то, что вынуждает её покинуть квартиру.
Осознав ситуацию, женщина заплакала.
— Мам... ты взрослый человек. У тебя хорошая работа, неплохая зарплата. Если Валера откажется принимать тебя у себя, сними квартиру. Я больше не могу нести за тебя ответственность. Пора тебе научиться решать свои проблемы самостоятельно.
— Хорошо, я уйду... Раз ты выбираешь чужую тетку вместо родной матери!
После этого разговора прошло ровно две недели. И вот теперь Николай стоял у входной двери и смотрел на маму в глазок. Она барабанила в дверь, звонила и кричала:
— Коля, открой! Я знаю, что ты дома! Отзовись, сынок! Мне больше некуда идти. Валера меня выгнал, сказал, что у них и так мало места!
Мужчина слушал это с болью в сердце. Старший брат оставался верным себе: пока мать была ему нужна, он охотно пользовался её помощью, а как только ей потребовалась поддержка, он отказался от неё. Но и Коля не собирался взваливать на себя эту ношу. Он так и не открыл дверь матери, потому что не хотел совершать ту же ошибку и брать на себя решение чужих проблем.
Через несколько дней чувство вины всё-таки настигло Николая. Он не был бессердечным человеком, поэтому позвонил матери и узнал, что она нашла временное пристанище у подруги.
Мария Евгеньевна горько плакала в трубку:
— Вот, оказывается, как бывает… Вырастила двоих сыновей, и в итоге осталась на улице. Никому я не нужна…
Коля хотел резко возразить, что в этой ситуации нет его вины, но промолчал.
— Ладно, мам, успокойся, не плачь. Давай поступим так: я найду и сниму тебе квартиру. Оплачу её на полгода вперёд, а потом ты сама станешь это делать. Мне очень жаль, что ты оказалась в таком положении. Я помогу тебе, но только если ты перестанешь спонсировать Валеру. Он уже взрослый, пора бы ему самому нести ответственность за свою жизнь…
Мария Евгеньевна не сказала ни слова. Она не пыталась возразить младшему сыну. В её душе шевельнулось запоздалое раскаяние: она пожалела, что продала квартиру, но было уже поздно.
Николай сдержал обещание. Через неделю он нашёл небольшую, но уютную квартиру и оформил договор аренды.
Когда Валера узнал об этом, он приехал к матери и снова попросил о помощи:
— Мам, не поможешь финансово? За квартиру всё равно Коля платит, зачем тебе столько денег?
По старой привычке Мария Евгеньевна уже потянулась к кошельку, но вдруг остановилась. Она вспомнила слова Николая: «Брат уже взрослый, пора бы ему самому нести ответственность за свою жизнь…»
Тогда мать вздохнула и сказала:
— Знаешь что, сынок? Теперь я сама нуждаюсь в деньгах. По твоей вине, между прочим! Коля больше не содержит меня, я сама оплачиваю жильё. Так что иди устраивайся на вторую работу и сам содержи свою семью! А от меня отстань.
Эти слова прозвучали для Валеры непривычно, но ему ничего не оставалось, кроме как уйти.
Николай, узнав об их разговоре, почувствовал облегчение. Наконец, его слова нашли отклик в душе матери, и, возможно, это станет началом перемен для всей их семьи.
