Подразделения группировки войск "Восток" для прикрытия выдвижения штурмовых групп и уничтожения опорных пунктов ВСУ продолжают применять танки. Танкисты рассказали, как им пришлось адаптировать тактические схемы под массовое использование противником дронов и выстраивать взаимодействие бронетехники с пехотой на передовой.
На острие штурма
Боевая задача экипажа строится вокруг совместного выдвижения с штурмовиками. "До наступления детально изучаем маршрут и местность, куда будем добираться, - поясняет командир танка с позывным Аза. - Операторы БПЛА заранее снимают лесополосы, вычисляют координаты опорных пунктов. Мы заводим штурмовую группу, наносим огневое поражение по ходу движения, высаживаем бойцов у цели и сразу откатываемся на исходные. Связь с пехотой проверяем заранее: они точно знают, где и когда нужно покидать броню. Пока мы движемся к опорному пункту, весь огонь противника переключается на нас, а штурмовики заходят с флангов".
Наводчик танка с позывным Рыжий уточняет разницу в методах применения орудия. "На дистанции трех-четырех километров работаем прямой наводкой: цель видна, корректировать почти не приходится, - объясняет он. - На закрытых позициях бьем по координатам на расстоянии до 15 километров. Это безопаснее, но требует пристрелки: пока выравниваем прицел, противник может сместиться, поэтому нужно стрелять на опережение. Если цель на большой дистанции, в среднем уходит десять снарядов".
Тросы и "обварка" против "птичек"
Массовое применение FPV-дронов и тяжелых гексакоптеров потребовало эволюции средств защиты. "В условиях "грязного" неба скорость и "обварка" становятся главными факторами выживания в наступлении, - отмечает командир Аза. - Танк сохраняет значение за счет брони и маневренности. В одном из выходов я насчитал 22 ударных дрона, ударивших в танк. Динамическая защита сработала так хорошо, что экипаж ударов не почувствовал".
Механик-водитель с позывным Леха подтверждает эффективность газотурбинного двигателя танка, мощность которого 1250 лошадиных сил. "По асфальту разгоняемся до 85 км/ч, на пересеченной местности держим 40-60 км/ч, - поясняет он. - Во время штурма скорость снижаем, чтобы пехота успевала за броней. Когда медленно выезжаем на позиции, всегда двигаемся под прикрытием мобильных групп ПВО, которые сбивают тяжелые дроны до их подлета к технике. Та же "Баба-яга" ведь может сжечь почти любой танк".
Закапывая следы от гусениц
Чтобы избежать обнаружения и подрывов, расчеты постоянно меняют позиции и дорабатывают машину под условия на поле боя. "Главные угрозы сейчас - мины и дроны, - поясняет командир Аза. - На танке стоят ножевые и катковые тралы. На днище приварили стальные "языки": если сработает донная мина, взрывная волна придется на выносную конструкцию, а не на корпус. Механик-водитель в безопасности, а значит, техника способна двигаться дальше".
Скрытность выдвижения зависит от ручной маскировки и выбора рельефа. "Место стоянки меняем регулярно, гусеничный след подчищаем вручную, - рассказал механик-водитель Леха. - В лесополосу заезжаем зигзагом, разрытую землю обратно закапываем, маскируем ветками и листвой. Зимой используем низины, чтобы скрыть силуэт".
В бою наводчик делает 60% работы
Боевая работа танка зависит от слаженности расчета, где замена одного специалиста не должна нарушать общую систему. "Экипаж функционирует как единый механизм, - отмечает Аза. - При ранении бойца отправляют в госпиталь, его место занимает подготовленный расчет из роты. Доверие внутри подразделения абсолютное. Я начинал службу наводчиком и считаю, что 60% успеха в бою зависит от точности его выстрелов. Командиром меня назначили после того, как научился выполнять задачи без задержек и брать ответственность на себя".
Прямые столкновения с бронетехникой противника сегодня фиксируются редко. "ВСУ используют танки, преимущественно Т-64, но действуют с закрытых позиций, - указал Рыжий. - Наша задача - подавлять доты и блиндажи, которые пехота не может уничтожить стрелковым оружием. Тем более без брони штурмовики остаются один на один с дронами, а так мы отвлекаем большую часть на себя".
Для многих военнослужащих служба стала продолжением семейной истории. "У меня военная династия: отец, дядя и дед прошли службу, - рассказал Рыжий. - Я продолжаю традицию. С родными поддерживаю связь раз в две-три недели. Ротация проходит по графику: каждые полгода экипажи возвращаются в отпуск, затем снова заступают на позицию".
Механик-водитель Леха добавляет, что между выходами расчет занимается техническим обслуживанием танка и оборудованием укрытий. "Готовим технику, укрепляем блиндажи, ждем боевую задачу, - сказал он. - Как только поступает приказ, выдвигаемся на самый сложный участок".
Военный корреспондент "Красной звезды"Александр Бирюков
Фото автора