Имя и детали изменены. Суть как была.
Заместительница вошла в поле. Несколько секунд стояла молча. Потом сказала:
«Тяжесть. Давит. Ощущение грязи на руках. Хочется помыться».
Я дала паузу. Смотрела на поле.
Вера сидела напротив. Лицо спокойное. Но руки лежали ладонями вниз. Как будто прятала их.
Вере тридцать восемь. Живёт в Самаре, работает онлайн-коучем по карьере. Частная практика, несколько постоянных клиентов, хорошие отзывы. Зарабатывает. Но не растёт.
«Потолок», написала она мне при первом контакте. «Не понимаю откуда. Делаю всё правильно, но выше определённой суммы не выхожу уже почти три года».
На первой встрече уточнила: соцсети не ведет. Несколько раз садилась писать, открывала документ, печатала первое предложение, закрывала. «Не то. Не готова. Не время».
Выступление на конференции в своей нише предложили год назад. Отказала. «Ещё не на том уровне». Предложили снова весной. Снова отказала.
«Я понимаю умом, что нужно быть публичной», сказала она. «Коуч без аудитории, это тупик. Но что-то не пускает. Не могу объяснить что».
О расстановках она не думала. Увидела публикацию в закрытом сообществе коучей. Там был один абзац про денежные блоки. Его перечитала три раза. Написала мне через неделю: «Хочу попробовать. Больше не знаю, где искать».
Расстановку я начала нестандартно
Не с денег. С того, что Вера несёт внутри рядом с темой публичности и видимости. Назвали это «запрет на появление». Встали три фигуры: Вера, этот запрет, деньги.
Фигура запрета сразу дала ощущение тяжести, грязи, желание спрятаться. Фигура денег стояла отдельно. Говорила мало, но чётко: «Она меня избегает. Я к ней, она от меня».
Я спросила фигуру запрета: «Что именно опасно?»
Ответ пришёл через тело: сжатие горла, желание закрыть рот, ощущение что нужно молчать.
Я начала проверять гипотезы через слова.
«Показаться людям, это страшно?» Отклик средний.
«Быть заметной, это опасно?» Сильнее.
«Тебя заметят, и что-то произойдёт?» Ещё сильнее. Заместительница добавила: «Страх. Что засветилась. Что подставилась».
Я записала. Потом задала один вопрос Вере.
«На рабочих встречах, на конференциях вашей ниши, люди проявляют к вам интерес. Как вы это воспринимаете?»
Она чуть помедлила.
«Рабочий интерес. Контакты, связи. Это понятно».
«А как человек, не только как специалист?»
Молчание.
«Не могу так думать об этом», сказала наконец. «Кажется, это не про меня».
Вот здесь стало видно больше
Деньги коуча приходят через аудиторию. Аудитория приходит через публичность. Публичность, это быть видимой. А быть видимой в системе Веры опасно.
Написать пост, значит засветиться. Выступить на конференции, значит стать заметной. Принять, что кому-то интересна именно она, тоже про видимость. Это одна и та же закрытая дверь. И за ней, за этой дверью, стоят и деньги.
Я сказала Вере:
«Деньги в вашей нише, это проявленность. Если проявляться нельзя, деньги не могут прийти больше, чем сейчас. Не потому что вы плохо работаете. Потому что барьер стоит раньше, чем работа».
Долгое молчание.
«Я никогда не ставила это рядом», сказала тихо. «Деньги и публичность. Казалось, это разные вещи».
«Для вас, в вашей сфере, это одно».
Мы искали, откуда взялся запрет
Через поле появился возраст:
Около двух лет. Очень ранний. Фигура запрета давала сильный телесный отклик на всё, что было связано с внезапной видимостью, с тем что на тебя смотрят неожиданно.
Точная биографическая история не обязательна. Важно то, что тело записало правило: быть заметной, значит быть уязвимой. Это правило работало тихо. Долго. Оно объясняло, почему чёрные черновики открывались и закрывались три года.
Мы работали с этой программой
Вера говорила медленно. Иногда останавливалась. Я не торопила.
«Я вижу, что проявленность в моей системе стала опасной. Я сделала её опасной не специально. Это случилось очень давно, когда у меня не было других способов справиться».
«Я признаю: запрет на видимость влиял на мою жизнь и на мой доход. Я это вижу».
«Я разделяю: видимость и угроза, это разные вещи. Когда меня видят, ничего плохого не происходит. Это просто контакт».
«Я забираю силы из этой программы. Стоимость оплачена. Претензий нет».
Пауза. Долгая.
«Мне можно появляться. Это безопасно».
В поле что-то сдвинулось
Заместительница, которая несла тяжесть и ощущение грязи, расправила плечи. «Что-то ушло. Легче. Как будто воздух».
Фигура денег сказала: «Теперь она смотрит в мою сторону. Это другое».
Я смотрела на поле и молчала.
Вера написала через три недели
«Сделала вещь, которую три года не могла. Написала пост. Простой, про один случай из практики. Без длинных вступлений. Опубликовала в понедельник утром. Подписчиков почти не было, откликов мало. Но я не удалила черновик. Нажала опубликовать».
Я спросила: что было внутри, когда нажимала.
«Тихо. Не пусто, а тихо. Раньше было как будто перед чем-то страшным. А тут просто нажала».
«Что ещё?»
«Согласилась на выступление. То самое, от которого дважды отказывалась. В следующем месяце. Пока не знаю, что будет. Но согласилась без внутренней борьбы. Первый раз».
Деньги коуча приходят через доверие
Доверие приходит через видимость.
Видимость, это посты, выступления, просто присутствие там, где тебя могут увидеть.
Вера понимала это умом три года. Делала планы. Ставила задачи. Каждый раз что-то останавливало. Называла это «не время» или «не готова». Это было не про готовность.
Расстановка показала через поле: фигура запрета давала тяжесть и желание спрятаться. Деньги жаловались: «Она меня избегает». В один момент это соединилось в одну картину.
Когда запрет на видимость ослаб, что-то стало проще. И стало получаться:
Пост в понедельник. Согласие на конференцию. Первый раз.
Пишу как было, без художественного вымысла.