Вот вам картинка для разминки мозга. На дворе — условный 2030 год. Вы выходите босиком на изумрудную лужайку. Никаких липких спреев, никакого «а вдруг прицепится?», никаких прививок. Идиллия? Мечта идиота, как говорят биологи.
Потому что пройдет каких-то пять лет — и этот райский газон превратится в выжженную пустыню, усыпанную перьями мертвых птиц. Звучит как сценарий дешевого хоррора? Увы, это сухая математика экосистем.
В голове сразу рисуется утопия: хочешь — кувыркайся в траве, хочешь — забудь про красные кресты на пробирках. Никакой брезгливости после шашлыков, никакой паранойи после прогулки с собакой. Живи да радуйся. Но эко-системы, знаете ли, не терпят пустоты.
Однако, как вскоре выясняется, сладкой сказке не бывать. Почему же мировая научная тусовка так яростно топит против тотального геноцида этих членистоногих? Все дело в том, что те самые иксодовые кровососы, которых мы ненавидим лютой ненавистью, — лишь крохотная песчинка на пляже огромного семейства. Эти ребята — тот самый «жирный кусок фундамента», на котором держится наша с вами жизнь. Причем тут «наша»? Прямо. Представьте: сотни миллионов пауков, пернатых и прочих букашек кормятся этими «монстрами». Это не просто зверек в Красной книге, это глобальный механизм самонастройки планеты.
Биолог Дмитрий Сафонов, к слову, недавно довольно жестко прошелся по иллюзиям обывателей. Ожидания людей от исчезновения клещей, говорит он, разобьются о суровую реальность, как лодка о скалы.
Гляньте шире: миллиарды муравьев, лесные птахи, ящерицы — их детеныши и взрослые особи просто не выживут без крошечных личинок и нимф клещей. Для фауны леса это, если хотите, «хлеб насущный». Уберите это звено — и цепь рухнет.
Информация к размышлению, которую я нарыл в свежей переписке ученых: мы уже теряем около 15% видов клещей в год из-за химикатов, и некоторые вымирают быстрее, чем мы успеваем дать им имена. Жутковатая тенденция, не находите?
Но самое страшное происходит не в кронах деревьев, а прямо у нас под ногами. Каждую секунду в толще земли трудится невидимая армия — почвенные клещи. Эти трудяги перерабатывают горы опавшей листвы и хвои в тот самый чернозем, который кормит нас огурцами и картошкой. Исчезни они — и лес начнет задыхаться в собственном сухом мусоре. Как человек в душной комнате без вентиляции. Земля перестанет дышать, грибницы пересохнут, и никаких вам маслят или подосиновиков не будет. Жизнь лесной подстилки просто встанет на паузу, а потом и вовсе свернется.
А вы знали, что у клещей-паразитов есть и другая роль — жесткого, но честного «санитара»? Представьте регулятор давления в котле. Как только какой-то вид мышей или зверьков начинает плодиться как бешеный (жрет всё вокруг и уничтожает свою кормовую базу), природа говорит «стоп». Хищники не справляются? Тогда вперед выходит тяжелая артиллерия — клещевые заразы: энцефалит, бабезиоз, эрлихиоз. Болячки косят популяцию без жалости, но именно это, как ни цинично, спасает вид от голодной смерти и тотального вымирания.
Но самый жесткий plot twist (сюрприз, который вас точно не обрадует) — это не дохлые птицы в чаще. Это ваша собственная кухня. Только представьте: мы уничтожаем клещей. Полчища крыс и мышей, лишившись «присмотра» со стороны болезней, ломанутся в города. О, это будет веселье. Они сожрут зерновые запасы, перегрызут проводку (привет, пожар в подъезде!) и принесут букет зараз. Хантавирус, например. По сравнению с ним наш родной энцефалит покажется легким насморком. Люди начнут умирать не от укуса клеща в лесу, а вытирая пыль в сарае или вдыхая пыль с экскрементами грызунов. Смена декораций, но финал тот же.
И, кстати, о «врагах». Уверен, вы удивитесь, но далеко не все из них пьют кровь. Возьмем, к примеру, перьевых клещей. Это такие милые зверьки-симбионты. Они возятся в перьях птиц, поедая вредоносные грибки и бактерии, которые разрушают крылья. Помогают летать, так сказать. А знаменитые «краснотелки» (те самые рыжие мелкие точки в саду)? Это жестокие убийцы вредителей. Они вычищают садовую живность там, где бессильна даже мощная химия. Настоящие элитные санитары, работающие бесплатно.
Сам биолог подвел черту под всем этим мраком: мир без клещей — это планета, переполненная грызунами, кишащая инфекциями, передающимися через пыль и воду, с мертвой, безжизненной почвой, где не растет даже сорняк. Мощное «спасибо» за нашу мечту.
И финал: даже у опасных для человека видов есть огромная ценность — научная. Да-да, эти гады могут спасти жизнь. Последние данные лабораторных исследований, которые мне попались, просто взрывают мозг: их слюна — это настоящая фармацевтическая сокровищница. . Там вам и мощнейшие обезболивающие (круче некоторых синтетических опиоидов), и вещества, подстегивающие иммунитет, и уникальные антикоагулянты — лучше гепарина. Например, современная генетика уже бьется над выделением белков, блокирующих тромбообразование, для лечения инфарктов. . Если мы уничтожим их всех, мы попросту уничтожим лекарство от будущей эпидемии. Глупо же, правда?