Военных мемуаров, которые описывают события Великой Отечественной войны, великое множество. Но большая часть их, увы, никогда не будет опубликована. Это дневниковые записи участников военных событий, которые хранятся в домашних архивах. Каждый год в нашем издательстве выходят книги об участниках Великой Отечественной войны. Воспоминания, мемуары, дневники... От рядового до генерала.
Книге «Воспоминания Афанасия Михайловича Южакова» уготована другая судьба, ей посчастливилось выйти в свет и попасть на глаза читателей. Благодаря усилиям родных автора воспоминаний мы имеем возможность узнать об эпохальных событиях истории Советского государства из уст очевидца, непосредственного участника этих событий.
Афанасий Михайлович начинает свой рассказ с воспоминаний о детстве, пишет о войне, о своих боевых друзьях-товарищах. Делится веселыми и грустными историями из своей жизни. Это не мемуарная литература в ее классическом представлении, не хроника военных событий, но и не бытовое жизнеописание. Это скупая правда о прошедших годах, о жизни настоящего советского человека. Трудолюбивого, мужественного, мудрого.
Публикуем небольшой фрагмент из этой книги:
«…Разведгруппа двигалась по ранее намеченному маршруту. Выбор направления пал на левый фланг обороны противника, где между двух сопок протекала небольшая речка с довольно быстрым течением. Параллельно речке к левому флангу обороны немцев вытянулась лощина, в которой были установлены мины «С» (S-mine или «Springmine», противопехотная прыгающая мина — прим. ред.), а также закрыт доступ с тыловой стороны к блиндажам, где отдыхали солдаты и офицеры, свободные от обороны.
Фронтовая разведка наметила путь следования к немецким рубежам по дну лощины. Главная задача — не демаскировать движение группы сапёров. Велся постоянный обстрел с линии переднего края обороны противника, но лощина прикрывала нас от огня, то есть внутри нее образовалась «мертвая зона», как называли такие участки между собой фронтовики. В таких местах можно укрыться от ружейного и пулеметного огня противника. Группа сапёров и разведчиков спокойно двигалась по лощине, но вдруг мы заметили на поверхности земли неровность. Я осторожно проверил, что это такое, оказалось — минное противопехотное поле, состоящее из установленных в три ряда мин «С».
— Всем лечь на землю! — скомандовал я. — Прижаться плотнее!
— Зачем? — спросил меня кто‑то из автоматчиков, не сообразив, что я обнаружил.
— Во избежание ненужных потерь личного состава!
Осмотрев минное поле, я приступил к разминированию. Начал снимать мину в первом ряду. Cнял ее осторожно, вывернул взрыватель-усики — мина обезврежена. Приступил к разминированию второго ряда взрывных устройств. И эту мину удачно снял и обезвредил. Взялся за третий по счету ряд мин «С». Осторожно начал снимать усики и тут же сработал вышибной заряд! Мина вылетела на высоту в два метра и упала рядом со мной. Видимо, в темноте я не заметил, что задел все‑таки один усик, вот почему сработал вышибной заряд. Повезло, что мина не взорвалась, но все равно пришлось пролежать, прижавшись к земле, добрых пятнадцать минут. Группа разведчиков распласталась в десяти метрах от меня.
На наше счастье все обошлось, но только по той причине, что в толовом заряде отсутствовал капсюль, то есть взрыватель. Это выяснилось позднее. Получается, что когда готовили мины, немец побоялся вставить капсюль. Или же мины готовил честный человек, который не желал напрасной смерти людей. Так или иначе, но проход был сделан, разведка выполнила задание.
Разведчики прошли минное поле, безопасную тропку обозначили кольями — указателями обратного пути. Отошли около сотни метров от минного поля и увидели немецкую траншею тыловой стороны обороны. По ней мы направились к переднему краю, одолели 150 метров, а там увидели блиндаж. Внутри него, видимо, отдыхали немцы, свободные от наряда. Охраны вокруг блиндажа не было, все солдаты спали мирным сном.
Пришлось оставить двух разведчиков сторожить спящих фашистов — пусть смотрят свои сны. Приказ был дан такой: если кто проснется в блиндаже и выйдет по своим надобностям, то его не трогать. Пусть спокойно сделает свое дело и вернется в блиндаж. Оружие и гранаты применять только в исключительных случаях во избежание ненужного шума. Затем мы пошли по траншее дальше, проверяя наличие инженерных сооружений, которых, к нашему удивлению, обнаружить так и не удалось.
Вскоре мы убедились в беспечности и самонадеянности завоевателей.
На переднем плане у огневых точек солдаты спали, и только один сержант обороняющейся немецкой части важно ходил за передней траншеей обороны с ракетницей, освещая из лесочка территорию перед собой ракетами, выпуская их одну за другой. Вскоре он был взят нашими разведчиками в плен.
Вот так мы проверили внешнюю сторону обороны противника на предмет инженерных укреплений, взяли языка и спокойно ушли без шума, в том же порядке, как и пришли. Прошли блиндаж, сняли свою охрану, а немцы так и остались спать без охраны.
Кое-кто из разведчиков хотел нарушить тишину взрывом, бросив гранату в блиндаж, но беспокоить отдыхавших немцев было запрещено. Вся группа разведчиков в составе восьми человек и одного пленного возвратилась в свою часть.
Инженерная разведка доложила командиру части, что оборонительных сооружений на переднем крае обороны противника нет. Показания пленного немца совпадали с докладом наших бойцов.
Дело в том, что оборона была занята немцами всего три дня назад. За это время отрыто две линии траншей и ходы сообщения, установлена часть огневых точек, построено несколько блиндажей для отдыха свободных от наряда солдат, заложено минное поле с тыловой части обороны, воткнуты колья для натяжения колючей проволоки.
Без сомнения, приказ Вермахта был такой: занять в данном регионе позиции, вырыть траншеи по всему переднему краю и траншеи на второй линии обороны, а затем связать обе линии ходом сообщения. Также требовалось установить огневые средства: пулеметы, ротные минометы, огнеметы, гранатометы. Кроме этого каждый солдат должен был иметь стрелковую ячейку для ведения огня из личного оружия. Скрытые проходы в тех местах, где возможно проникновение противника с тыла, требовалось закрыть минным полем, которое не позволит пройти пехоте и танкам. На переднем крае обороны планировалось установить проволочное и минное заграждения.
Объем работ по укреплению обороны немцев оказался слишком велик, и они сделали только самое основное. Например, установку минных полей с тыловой части обороны немцы сочли необходимым делом, поскольку основная масса сражавшихся, кроме подразделения артиллерии, находилась на переднем крае обороны. То есть тыловая часть укреплений охранялась малым числом солдат, а для лучшей защиты потребовались заграждения из мин. Внешнюю часть оборонных сооружений немцы ежеминутно освещали ракетами, для этого даже был выделен специальный наряд.
Из доклада разведки и показаний пленного выяснилось, что в ближайшее время немцы не ожидают нападения, так как их оборона к защите все еще не подготовлена. Поэтому рано утром следующего дня наш командир полка приказал начать наступление.
Артиллерийский обстрел переднего края оборонительных укреплений противника продолжался сорок минут. Затем подразделения полка пошли в атаку, прорвав оборону врага и развивая наступление в глубь занятого фашистами плацдарма.
Немцы не ожидали начала военных действий Красной армии и поэтому в панике бежали, бросая занятую территорию, оружие и боеприпасы, неся при этом большие потери в живой силе и технике.
Наши части взяли в плен почти целый батальон вражеских солдат и офицеров, а также приличное количество оружия и боеприпасов. Часть немецких подразделений отступала к заранее подготовленному рубежу, опорному пункту, расположенному в городе Червоноград. Окрестности города и сам Червоноград считались неприступными, и поэтому фашисты надеялись задержать наступление Красной армии до прихода солдат Вермахта в качестве подкрепления. Но их надежды не оправдались. Теряя человеческие ресурсы и вооружение, немцы оставили город с его укреплениями и опорными пунктами. Вот так Червоноград был освобожден частями Красной армии, а солдаты Вермахта бежали к границе с Польшей.
Задача полка заключалась в том, чтобы продолжать наступление, не позволяя противнику закрепиться в районе городов Томашув-Любельски и Замосць (Польское воеводство). Мы преследовали врага, не давая ему передышки на польской земле.
Подразделения полка шли в наступление по территории польского государства, освобождая народ Польши от фашистских извергов. Хваленые войска Вермахта бежали с русской земли, а теперь драпали прочь с земли другой славянской страны. Мы гнали непрошеных гостей от Днепра и до Вислы так быстро, как могли.
За период с ноября 1943 года по февраль 1944го с боями было преодолено расстояние в 720 километров.
Дальнейшая задача: взять города Томашув-Любельски и Замосць, выйти к реке Висла, форсировать реку, занять плацдарм, а затем освободить город Сандомир…»