На площадке ЦИПР-2026 20 мая прошла панельная дискуссия «Гуманитарные и технические науки в поисках будущего», организованная АНО «Центр развития гуманитарных технологий «НОВАЯ ЭРА». Ведущие политологи, социологи и эксперты в области технологий обсудили, кто сегодня проектирует образ завтрашнего дня и какое место в нем занимает Россия.
Екатерина Лебедева, доцент РАНХиГС, проанализировала западные сценарии мирового порядка — от докладов Римского клуба до концепций Жака Аттали. Вывод неутешительный: во всех этих моделях Россия рассматривается либо как силовой полюс в мире конфликтов, либо как поставщик ресурсов — без собственной субъектности.
«В большинстве моделей будущего, которые разрабатывают мировые элиты, новый человек перестает быть автономной моральной личностью. Он рассматривается как элемент управляемой системы, платформа для оптимизации. Теряется семья, телесность становится объектом проектирования», — сказала эксперт.
Ответом, по мнению участников, должна стать то, что Лебедева назвала «субъектной триадой»: осознанное самопонимание, суверенное целеполагание и институциональное проектирование собственного цивилизационного будущего. Технологическое развитие, ИИ, государство, школа и семья должны быть встроены в цельный образ человека — а не определяться чужими сценариями.
Участники сошлись во мнении: разговор о будущем невозможно вести в рамках одной дисциплины. Технологии задают возможности — гуманитарное знание определяет цели и ценности.
Второй ключевой темой стал ИИ. Основной тезис обсуждения — ссовременный искусственный интеллект не думает. Несмотря на впечатляющие возможности, нынешние системы с точки зрения когнитивной науки остаются в рамках «узкого ИИ» — они распознают речь, генерируют тексты и анализируют данные, но это статистическая имитация мышления, а не мышление как таковое. Такие системы не обладают подлинным пониманием и не способны свободно переносить знания между разными областями.
Генеральный директор Центра «НОВАЯ ЭРА» Александр Шабалтин обратил внимание на концепцию «замороженного будущего» философа Питера Тиля: цифровые технологии развиваются стремительно, но радикальный прогресс в физическом мире заметно замедлился. Для каждого нового прорыва требуется все больше ресурсов, времени и институциональной координации, дополнительно давит регуляторная нагрузка. Возникает структурный перекос: мы ускоряемся в виртуальной среде, но гораздо медленнее меняем реальный мир.
«Искусственный интеллект — это начало новой эпохи радикального прогресса или пока инструмент оптимизации уже существующих процессов?» — поставил вопрос Шабалтин.
Валерий Сидоренко, член Общественного совета при Минцифры и руководитель рабочей группы по регулированию ИИ-контента, предложил неожиданный ответ: технологии не вытесняют гуманитарные компетенции, а повышают их ценность. ИИ сделал производство контента доступным для всех — и именно поэтому важнее стали вопросы «зачем?» и «к чему это приведет?».
«Техническая логика отвечает на вопрос «как сделать?», гуманитарная — на вопросы «зачем?» и «куда это приведет?». Если приоритетом останется только техническая логика, мы потеряем социальную значимость любых нововведений. Центром будущего должен оставаться человек», — заявил он.