Я вряд ли бы начала писать, если бы однажды не встретила моего первого мужа, человека интересного, противоречивого и .. редкого графомана.. Ему не давала покоя слава Джойса. Собираясь написать своего Улисса, он и его приятели-стихоплеты так меня достали, что я однажды, отбросив пироги и салаты в сторону, сказала: - хотите, я такой муры прямо сейчас напишу, хоть километр? Села и написала.. Приятели почитали, помолчали и как-то реже стали у нас собираться.. наелись видимо. Потом я и мужа вывезла к его дражайшей мамаше.. Как-то утром, вдруг, собрала его вещи, наняла машину и вывезла . Всё вывезла, до последней записки.. А графоманство его мне в наследство видимо осталось.
Я вряд ли бы начала писать, если бы однажды не встретила моего первого мужа, человека интересного, противоречивого и .. редкого графомана.. Ему не давала покоя слава Джойса. Собираясь написать своего Улисса, он и его приятели-стихоплеты так меня достали, что я однажды, отбросив пироги и салаты в сторону, сказала:
- хотите, я такой муры прямо сейчас напишу, хоть километр?
Села и написала..
Приятели почитали, помолчали и как-то реже стали у нас собираться..
наелись видимо. Потом я и мужа вывезла к его дражайшей мамаше..
Как-то утром, вдруг, собрала его вещи, наняла машину и вывезла .
Всё вывезла, до последней записки..
А графоманство его мне в наследство видимо осталось.